Договариваемся поступить следующим образом. Сначала мы станем встречаться с детьми все вместе и ненадолго. Но будем стремиться к тому, чтобы со временем Салла снова стала матерью нашим детям. Ничего я так страстно им не желаю, как этой совсем не первостепенной вещи. Что бы там ни утверждал Маслоу в своей теории потребностей, детям нужно два человека, которые будут оберегать их от всех опасностей в мире. Да хоть от этого извращенца, который, как утверждают родители с детской площадки в ватсапе, до сих пор шатается в окрестностях парка. Правда, теперь этот гнусный тип – толстячок в костюме. Уж не знаю, плакать мне или смеяться. Лучше смеяться.
Иногда разум и чувства следуют рука об руку. Я переезжаю жить к Сини. Ей нужен второй взрослый. У нее достаточно места в квартире, и мне там тоже уютно. Я ведь прожила весь ее ремонт пост за постом. Помню, как восхищалась паркетом «елочкой» в гостиной и подобранным под него линолеумом в прихожей и на кухне. Помню, как Сини, словно прочитав мои мысли, выбрала на пол в санузел шестиугольную черную плитку фирмы «Пуккила», а на стены – белую, пятнадцать на пятнадцать.
На этапе проектирования интерьера у нас случались и конфликты. Меня удивляла непрактичная кухонная мебель без верхнего ряда шкафчиков и занимающая кучу места огромная вытяжка для плиты. Я была одной из немногих подписчиц блога, кто голосовал за «стулья 69» к обеденному столу от «Артек», когда Сини и Яркко никак не могли определиться и выбирали между ними и моделью 68.
Я помню тот радостный день, когда Сини нашла на блошином рынке в Сёдермальме [79]полный сервиз «Берсо» Стига Линдберга [80]в хорошем состоянии. Пожилая дама, продававшая посуду, согласилась здорово сбавить цену, когда узнала, что Сини покупает ее для своего любимого дома.
Теперь, накрывая стол к завтраку, я ставлю именно этот сервиз. Огурцы не нарезаны в форме сердечек, но это и не нужно. Когда я читала блог Сини, меня, прежде всего, восхищала та теплая атмосфера, которая царила в этом доме, в особенности за завтраком. Иногда Сини писала: «Лучшее в завтраке – это то, что впереди еще целый день любви». В конце концов Яркко не ответил на этот призыв, но все равно дом построен с любовью.
Теперь это мой дом. Все кажется в нем знакомым, как будто я сама выбирала все эти вещи. Сини помнит историю каждой мелочи. После развода воспоминания иногда превращаются в тяжкий груз. Я помогаю облегчить ей эту ношу и всегда готова предоставить «жилетку», в которую можно поплакаться. А иногда обращаю все в шутку, если глупышка Сини упрямится.
В таком положении есть и практическая польза. Я платила за аренду своей квартиры полторы тысячи евро в месяц. Сини берет с меня всего пятьсот. Я экономлю тысячу чистыми.
Эти деньги я трачу на последнюю попытку забеременеть. Нет, я больше не считаю, что это моя единственная возможность оправдать свое существование как женщины. Когда мы жили с Эсой, мне казалось, что это может спасти наш неудачный брак.
Впервые я иду на лечение от бесплодия, совершенно не испытывая стресса. Все, как было рекомендовано. Катастрофа, случившаяся с Сини, во многом открыла мне глаза на собственную жизнь и мечты об идеале. Человеческое достоинство никогда не может опираться на ребенка, взрослого или какие-то представления о семье.
Я попробую стать матерью еще раз, оплодотворившись спермой от донора. И не хочу выбирать ребенку отца. Но самое главное – у меня есть Сини, которая поможет ухаживать за малышом. Да, возможно, ее голова набита модными банальностями из книжек по здоровому образу жизни. Но, в отличие от Эсы, Сини хочет быть со мной. И готова поддерживать меня.
Я всегда смеялся над знаменитостями, спортсменами и прочими, кто, только познакомившись, сразу бежит под венец. Они казались мне жалкими людьми, которым из-за неуверенности в себе нужны подтверждения в виде обручального кольца, что их партнер не испарится.
Я думал, что оформлять брак имеет смысл лишь по прошествии нескольких лет совместной жизни. И вот обнаруживаю себя в ситуации, когда немедленная помолвка кажется единственно верным шагом. Все так понятно и естественно: нам нужно сделать этот шаг и обручиться.
Это наше общее решение. Ни для кого оно не стало сюрпризом. Мы подумали об одном и том же одновременно. И это само по себе о многом говорит. Чаще всего люди думают каждый о своем.
Суви первая произнесла это вслух. Совершенно обыденно, без фанфар. Она лишь начала говорить, и я сразу понял, о чем пойдет речь.
– Сами, может, нам стоит?..
– Стоит. Конечно, Суви.
Мы отправляемся сообщить эту новость родителям Суви. По дороге она ругает последними словами транспортное сообщение – общественным транспортом до ее родителей непросто добраться. Все неплохо, если главный недостаток тещи и тестя – неудобное расписание автобусов.
Они живут в респектабельном районе на севере Хельсинки в белом кирпичном доме. Дом выглядит именно так, как должен выглядеть дом семьи комиссара криминальной полиции и врача.
