– Вот именно. Сейчас молодёжь не для того шесть лет в университетах мучается, чтобы идти за уволенных выпускников ПэТэУ работу выполнять. Да и зачем это? Каждый по-своему ценен, и слесаря шестого разряда десять инженеров не заменят. Слесаря высшей квалификации, когда он уже на производстве работать будет, не менее десяти лет готовить надо. Было же когда-то в стране разумное распределение кадров, что театры нуждаются в таком-то количестве актёров, заводам нужно такое-то число инженеров, столько-то врачей – больницам. А теперь никаких профессий не осталось, кроме менеджеров. Все в менеджеры прутся, все из уютных кабинетов руководить хотят. Да вот только кем? Пролетариат разогнали, фактически ликвидировали как класс, а кем его теперь заменишь? Капиталисты всех стран объединились, а пролетариату остаётся погибать по одному. Взяли сторожем на подстанцию какого-то мальчишку-узбека, а он даже не знает, что такое электричество, потому что только три класса школы закончил. Его током и убило, когда он додумался налипающий снег со щитков сбивать. Раньше в цехах было до сотни квалифицированных рабочих с необходимым объёмом знаний, и один начальник над ними стоял. Теперь от цехов осталось по десять рабочих, а начальников – в два раза больше. То есть за каждым работягой по два-три руководителя ходят и нервы ему мотают своими противоречивыми указаниями. У человека ведь один мозг, но две руки. И когда над одним работягой пять начальников стоит, то сия конструкция похожа не на рабочий коллектив, а на уродца с пятью головами и одной рукой: один человек реальную работу выполняет, а пять голов думают, как ему усложнить жизнь, как бы чего такого придумать, чтобы ему ещё труднее работать стало. В цехе капремонта начальников уже поколотили, потому что один указывает подчинённым бежать на юг, другой доказывает, что надо бежать на север, третий настаивает, что на восток. Доорались до того, что кому-то из начальства в глаз гайкой попали, чтобы хоть на одного гада меньше стало. Среди политиков тоже пора сокращение штатов проводить, или скоро народу в стране не останется. А политики будут друг другу доказывать правильность своих политических программ и внушать остаткам населения, что те без их мудрой политики не проживут ни дня. Ведь если кто-то не справляется со своей работой, его увольняют, так ведь?
– Кто их увольнять-то будет? – вздохнул Наум Сулейманович. – Мы с тобой, что ли? У властей отдела кадров нет. Я согласен, что власть – это крест, груз, ответственность, но у нас-то во власть идут для получения квартиры, прописки, машины и так далее. И мы сами выбрали такую власть, которая эту антимонию создала! Кто это всё делает? Те, кого мы избирали.
– Ничего подобного! – запротестовала Роза Юрьевна. – Мы совсем не это выбирали. Нас не спрашивали, когда эту херню на шею подсаживали, удобно ли нам будет такой груз тащить. Ни один кандидат в своей предвыборной программе такого не обещал. Ни один не сулил нам уничтожение научной базы, космическое повышение цен, пропаганду пьянства и мощнейшую организованную преступность в стране. Нам что, анкеты с вопросами раздавали: «Хотите ли вы, чтобы мы развалили армию, и у вас под носом начались теракты?» или «Желаете ли вы, чтобы вам по двадцать месяцев не платили зарплату, а ваши дети угодили бы в религиозную секту?»? Нет. Но ведь сделали же! Что обещали – не сделали, а чего от них никто не ждал – выполнили по полной программе! Обещали избирателям рай и благоденствие, а в результате спихнули людей за черту нищеты. Мы за них проголосовали, а они уже на следующий день рожу от своих избирателей отворотили и принялись эксплуатировать популярную рабскую формулу, что «народ достоин той власти, которую он выбирает». Да в том-то и дело, что они как диверсанты до поры до времени изображают из себя одно, а оказавшись у власти делают совсем другое. И с помощью этой формулы можно любого человека сделать рабом. Сыну алкашей можно сказать, что он достоин именно таких родителей, какие у него есть. Работяге, которого начальство обворовывает и обманывает, пользуясь отсутствием возможности другого выбора из-за безработицы, говорят, что он тоже именно такого отношения к себе достоин. Рабы, вырвавшиеся во власть, учат покорности других рабов – вот и всё. Если бы мы их продажные нравы заранее узнали, разве ж так по-овечьи послушно стали бы за них голосовать? Теперь мы их насквозь видим, а вот они о нас не знают ни черта и знать не хотят. А хорошее знание своей аудитории является одним из основных требований умелого компостирования мозгов и управления поведением и настроениями.
– Ой, ха-ха, Роза, ну ты умора!
