— Ну… он вроде был такой вежливый и даже… далёкий от меня, вроде как высокородный, но в то же время простой стражник. Разве это не выглядит неправильным?
— А, ну тут всё просто. Вообще работа на тех воротах достаточно почётная хоть и сопряжённая с риском: если на Олианду кто-то нападёт с той стороны реки, стражники на воротах смогут сигнальными огнями предупредить город об опасности, и, магией активировав заслон врат, временно заблокируют мост (что сразу обрубает возможности служить на том посту тем, кто не владеет чародейскими искусствами), но сами под защиту основных стен вернуться уже не успеют. Хотя, учитывая тот факт, что Олианду в последний раз штурмовали настолько давно, что даже точных упоминаний не сохранилось, сейчас должность хранителя врат правого берега скорее номинальная и включает в себя по большей части осмотр проезжающих и взимание пошлин. Ну и статуса этот пост добавляет.
А вообще часть молодой аристократии проталкивает таким образом своих детей на руководящие должности на военном поприще. Детишки, конечно же, все начинают с низов, иначе нынешний император быстро бы лавочку свернул, но на командные посты что в страже что в армии тоже народ не с улицы берут. А у этих и образование уже имеется и какие-никакие нормы поведения в тех или иных ситуациях им известны. Естественный отбор во всей его жестокости, — добавил орк, — Выживает самый приспособленный.
За такими разговорами время тянулось чуть быстрее, но путники всё равно вздохнули с облегчением, когда густой молочно-белый туман как по команде расступился перед огромными, высотой в 10 метров, распахнутыми воротами, украшенными орнаментом из белого мрамора, который равномерно змеился по серому граниту створок, служащему основным материалом врат в Сумеречный город.
Только оказавшись подле высоких, не меньше 12 метров в этой части, стен (естественно считая от уровня ворот, а не берега), становилось понятно, что Олианда отличается от других городов, расположенных около рек не только странным видом самой реки и природной аномалией (заключавшейся, как уже упоминалось, в вечных сумерках на территориях близ берегов Мераны), но также и той немаловажной особенностью строения города, которая полностью обрубала его жителям возможности хоть как то подобраться к воде.
Дело в том, что крепостные стены Старой столицы были абсолютно глухими на всём протяжении, изменяя себе только в двух местах — там, где располагался выход из Олианды в сторону Драконьего города, и, собственно, здесь, на мосту, который был построен так, что находился не только над водой, но и над землёй (мост, по мере приближения к собственным вратам города, начинал слегка идти вверх). Вот и получался этакий парадокс: Олианда вроде как стояла на берегу Мераны, но в то же время не имела ни малейшего подхода к её туманному берегу, и люди в эту сторону старались не ходить.
— Почему там никого нет? — Рин как обычно, когда на глаза ему попадалось что-то интересное, немедленно задал вопрос старшему другу, опасно перегибаясь через бортик телеги.
— Мелочь, будешь высовываться из повозки, побежишь за ней, — дружелюбно ответил Хштра, за шиворот втаскивая паренька внутрь, — Туман заставляет людей плутать. Там невероятно просто заблудиться, а создания, в которых вселились агрессивные сумеречные духи обычно довершают дело, находя жертву по отчаянию, которое та выделяет окончательно потерявшись.
— А если в туман попал не человек?
— Хорошие вопросы задаёшь, сопляк! — хлопок по спине вышел столь сильный, что Рин чуть было не поцеловал доски пола, а остальная компания повернулась на громкий звук.
Оле, как и Каролина, бросил косой взгляд, но тут же потерял интерес, вернувшись к демонстрации документов проверяющим на закрывающихся на ночь воротах. Дор наградил сценку лёгкой заинтересованностью, Рия — неодобрением. Орк же озадаченно почесал макушку, понимая, что не подрассчитал силы после того, как какое то время не разминал мышцы в связи с ранениями.
— Кхм, так вот, — наконец продолжил Хштра, видя, как Рин поднимается из полулежачего положения, — Насчёт всех рас поголовно мне неизвестно, но, насколько я знаю, как минимум тёмные эльфы и орки здесь ориентируются более-менее.
— Почему?
— Знаешь, это я тебе как-нибудь попозже расскажу, — туманно ответил орк, протягивая проверяющему на воротах расписку за подписью Жана Дивитиа и отсыпая ему же плату за вход в город для Рина.
Наблюдателю, вздумавшему полюбоваться на Олианду снаружи, проникнуться высотой неприступных стен, вглядеться в мельчайшие трещинки, представляя себя исследователем древностей, по случаю набредшим на многовековой монумент человеческой истории, никогда не представить себе того что спрятано за этими стенами. Ведь недаром же ходит среди народов Эрго пословица: «чем прекраснее цветок, тем серьёзнее шипы». Для Олианды этими шипами стали стены. Возносясь на добрый десяток с лишком метров в высоту, они начисто отрезали город от тумана с реки, и над Сумеречной столицей всегда стояло чистое сумеречное небо, по ночам переходящее в ночное звёздное.
