„Людям закон прописуют, - говорит Сильвестр о церковных властях, - и не творящих того связывают страшными проклятиями, а сами того творить не хотят. Что повелевают делать людям - то сами открыто и без всякого страха преступают. Увы такому от них соблазняющему народ преступлению! Но наибольший от них для народа соблазн, когда они сами себе и народу устанавливают нечто как древнее, а не новое, заповедывают это без всякого изменения во веки хранить - а потом сами же творить того не хотят и людям то делать запрещают, и что прежде утверждали себе и людям во спасение - потом сами же себе и людям объявляют в вечную душевную погибель.
А кто им говорит правду об этом непостоянстве, что они тем народ возмущают, - таких без всякого раз-суждения проклинают, утверждаясь этими Христовыми словами: „Слушающий вас Меня слушает, и отвергающийся вас Меня отвергается; а отвергающийся Меня отвергается Пославшего Меня" (Лк. 10:16)*. И этими: „Что вы свяжете на земле, то будет связано на небе; и что разрешите на земле, то будет разрешено на небе" (Мф. 18:18; см. также: Мф. 16:19; Ин. 20:23)*.
А как те Христовы слова древние святые отцы толковали - того они не читают и читать не хотят; ибо не о чтении упражняются, но о приобретении временных честей и богатств; и желание их не о том, чтобы много уметь, но о том стараются очень крепко, чтобы много иметь! И если кто из них и читает - тот или не знает, или, даже зная, соответственно делать не хочет, только власть свою на устрашение несмысленным людям как великую проповедуют, якобы они и самого Христа законо-давца власти больше в этом имеют. И он якобы уже не есть ныне самовластен, но всю свою власть им отдал, и кого они свяжут или разрешат, если и по своим человеческим прихотям или страстям и неправедно, - а Бог праведный якобы той их клятве и разрешению всегда послушен и так по их хотению неправедному и творит!"
Такое архиерейское самомнение не только неверно по существу, но, по словам Медведева, разрушительно для веры как нравственной основы общества. „Если бы так было - то, подумай всякий православный, - зачем подобало бы людям Бога бояться и не грешить, если бы тот всю свою власть вязания и разрешения дал архиереям и они по своему желанию кого хотят, хоть и грешника, своим разрешением в небо пускали, а кого хотят, пусть и праведника, своим связанней в ад водворяли? По такому неправильному толкованию без всякого божьего страха можно было бы людям грехи творить и весьма на одно архиерейское разрешение надеяться… И если бы столь неправедное и весьма безсловесное заблуждение людям принять, то им, архиереям, подобало бы честь и страх паче Божия воздавать, потому что они своей властью кого хотят - вечно спасают, а кого хотят - губят навечно. Если бы такая власть была им дана, то все архиереи своих мирских родственников, друзей и знакомых обогатили и своим разрешением в небо вселили. И потому бы только одни в мучениях оказались - которые бы родства с архиереями и милости от них, хоть и за истину, не имели. И еще: если бы им так Христос попустил, то всякий архиерей был бы законо-давцем и кто как хочет - тот так по своей воле и постановлял бы. Сколько было бы архиереев - столько было бы законоположников, следовательно, и вер! А потому вообще полное беззаконие без страха Божия в мире творилось бы".
Разумеется, Сильвестр не ограничивается подобным общедоступным обличением и с трудами отцов церкви в руках подробно изъясняет, как следует понимать тексты Священного писания, используемые церковными иерархами для устрашения верующих и укрепления своей авторитарной власти над их душами. Но раздражение ученого воздвигнутыми на него гонениями, а еще более - усердно разжигаемыми „мудроборцами" распрями в российском народе, начавшимся „раздором и мятежом", временами прорывается на страницы „Известия истинного". Так, справедливо указывая, что братья Лихуды по приезде в Москву не смогли представить правительству и патриарху всех необходимых письменных подтверждений своих слов (то есть постарались попросту преувеличить значение своих персон на Востоке), Медведев скатывается до приемов „мудро-борческой" полемики. „Поэтому православным, - пишет он, - следует особо от них (Лихудов. - А. Б.) опасным быть и чинить крепкое и прилежное разсмотрение: первое, чтобы они не были от турок ради наблюдения и извещения подосланы; второе - чтобы они не были присланы от папы на смущение нашей православной веры". К счастью, Сильвестр не настаивает на своих подозрениях.
