– Дайте ей успокоительного, – это Парк…
… … … … … ? … … ?? … … ! … ! … … … !! … … … … !!!… … … … Ч Т О ? . . .
С потолка из кромешной тьмы капала вода. Мигнул тусклый свет – чей-то карманный фонарик. В нем качалось бледное, в каплях пота лицо Парка.
– Что случилось? – спрашивал он.
Ему отвечала гулкая темнота:
– Коридор свободен, но путь наверх завален… ждем помощь…
– Что случилось?? – Парка заело, как старую патефонную пластинку.
Я не чувствовала тела – реакция на передозировку, голова кружилась. В ушах гудело все громче, с трудом я сообразила, что звук идет снаружи. Извне допросной, так необъяснимо превратившейся в темный склеп – материализацию моего бреда.
Раздался треск и возник новый свет, невыносимо яркий – он исходил из разваливающейся стены справа от меня. Я выворачивала голову, не спуская глаз с необыкновенного явления. От мощного гуда сводило зубы. Огромный тупорылый цилиндр выполз из стены, фара на его «морде» ослепительно сияла, затем притухла и свербящий звук смолк. «Крот!» Устройство для прокладки подземных коммуникаций, а также средство спасения погребенных под обвалами. Случилось невероятное – больше трехсот лет в Майе не было крупных землетрясений и вот, на тебе… Как раз, когда промывали мозги изменнице Аните.
Помощники Парка, наплевав на субординацию, первыми нырнули на четвереньках в спасительный тоннель, их начальник, кряхтя, последовал за ними. Обо мне забыли. Я выругалась нехорошими словами, на большее не осталось сил.
Возник человек в комбинезоне службы коммуникаций – смуглый, горбоносый наклонился надо мной, перерезал удерживающие меня ремни.
– Пайдем, дэвшка…
И, сильный, жилистый, он выволок меня на свет божий. Вру. Стояла ночь, но озаренная светом прожекторов. Где-то рядом переговаривались громкими, тревожными голосами. Меня уложили на носилки, я услышала знакомый голос:
– Несите ее осторожней… – надо мной склонилось милое лицо Хайд.
Носилки с почти бездыханной мною стали впихивать в машину скорой помощи, а я силилась поднять голову, никак не узнавая место, где нахожусь. Воздух пах отвратительной кислой гарью, под ногами несших меня хрустело стекло.
И… НЕ МОЖЕТ БЫТЬ! Я все еще брежу!
Мы находились во внутреннем дворе нашей штабквартиры – оно похоже в плане на небольшую тюрьму, юго-западный угол венчает поверх третьего этажа башенка со шпилем. Но от здания ОСС остался лишь двор. Все остальное, сокрушенное невероятной силой, сметено, превращено в груды щебня и искореженного металла. Видны соседние дома, тоже поврежденные, у нескольких зданий обрушены стены, открывая внутренности квартир. В моем отравленном мозгу механически защелкали костяшки счет. В ночные смены у нас работает не больше пятой части сотрудников – это человек сто. Все они погибли. Но жертв много больше – разгромлен целый квартал, прилегавший к ОСС.
– Хайд… – пролепетала я, – Хайд…
Она снова наклонилась ко мне, и я разглядела, что Хайд также одета в форму службы коммуникаций.
– Мою подружку обидели. Ничего… Есть суд, и есть воздаяние.
Дверца захлопнулась за нами, Хайд взяла меня за руку, я почти не чувствовала ее касания. Язык мой тяжело ворочался во рту.
– Хайд… это ты… Что же ты делаешь?!!..
– То же, что и вы.
Автомобиль тронулся, а я не слышала звука мотора, не слышала обращенных ко мне слов Хайд и обрадовалась, что умираю. Но оставалась досада: я так и не узнаю, как Хайд умудрилась полностью уничтожить Главное управление ОСС.
Хорошо сложенный, немного выше среднего роста, не блещущий красотой, но улыбчиво-обаятельный Президент Солтиг невозмутимо выслушал доклад директора ОСС И. Парка. Резюмировал кратко:
– Пять тонн, говорите? Грузовик? Вышиб ворота? А… нет, но заграждения не помогли. Хмм… Мы пожадничали, Хозяйка не поскупилась, а? Перекупила наших барнабов…
Парк промямлил невнятное, он устал подавлять дрожь в голосе. За приятностью Президента крылось задуманное им для Парка жестокое наказание.
А Солтиг осторожно поправил свой роскошный чуб, покачал головой.
– Естественный отбор уничтожает неприспособленных. Вы живы – это судьба. Новую резиденцию сделаете поскромнее и не на виду. Идите, работайте.
А когда Парк ушел на ватных ногах, Солтиг тихо пробормотал, рассматривая список погибших, чьим семьям полагалась пожизненная пенсия:
– Ничего себе, сокращение штатов… Спасибо, Хозяюшка. Настанет день, когда я вас отблагодарю. Если, конечно, вы существуете.
Я очнулась от ночной прохлады, Хайд и ее спутник тащили меня на руках. Мы еще на свободе? Куда бежим? Выезды из города все перекрыты – нам не спастись. Очередная удача Хайд, похитившей меня из-под носа бывших коллег, не имеет перспективы на благополучное продолжение…