— А кто же тогда? — нахмурился Итон. — Ведь считалось, что больше никто и не уцелел. Мы совсем недавно узнали, что была ещё и Гамбарская группа, которая вовремя слиняла из системы звезды Кога.
— Так это тебе в школе у историка надо было спросить, — развеселился Лившиц.
— Так я спрашивал, — признался Итон.
— И что?
— Он меня выгнал с урока. Затрясся весь. Сказал, что это — провокация против человечества. А я ему сказал, что враньё всё это в учебниках. Если кто-то с кем-то подписал договор — значит, хаттское руководство уцелело. Нам просто не говорят об этом. Обычный договорняк.
— И чё потом было? — Эмор бросил жевать и попёр кулаком подбородок.
— Да ничего, — буркнул Итон. — Родителей вызвали. А потом не приняли документы в колледж. В Армаду пришлось вербоваться.
Пилоты развеселились: побольше бы таких педагогов! А то как бы они без Итона?
— Рэмка, а что у вас теперь в учебниках что пишут? — спросил Эмор, просмеявшись. — Ты ж не так давно изучал это всё?
— Ну, я дословно не помню, — пожал плечами парень. — Но… договор о капитуляции подписали эрцог Локьё и… — он нахмурился, вспоминая. — Имперский военный министр, контр-адмирал И. Дебунец.
Бо кивнул. Эти данные совпадали с присланной ему базой.
— А от хаттов кто был? — фыркнул Лившиц. — Станислав Хэд?
— Но, это же бред! — нахмурился серьёзный Марьян. — Какая-то конспирология!
— Тогда ты лучше молчи и не ввязывайся, — посоветовал Лившиц с максимально серьёзным лицом. — А то и тебя вызовут. Контра пронюхает!
— Бред, — согласился Рэмка. — Но Итон-то прав. Если подписали договор, то кого с кем?
— Вот бы этот вопрос немножечко прояснить, — задумчиво сказал Эмор и тоже отложил вилку. — Только как?
— Ну, Локьё-то ещё живой, — подсказал Рэм.
— А министр сейчас другой, Норвей Херриг, — кивнул Итон. — Но документы-то сохранились, наверное?
— В Содружестве тогда многих осудили за сотрудничество с хаттами, — вспомнил Рэм. — Были какие-то списки учёных, кто на всё этом спалился. Может, договорняк между Локьё и военным министром в том и состоял, что Содружество отмазало большую часть своих предателей? О том и был договор с имперским министром?
— А Империи это зачем?
— Затем, что закрытый сектор в основном контролировали потом только имперские патрули! — выпалил Итон.
— А хатты? — не согласился Эмор. — Договор-то подразумевает, что люди приняли хаттскую капитуляцию? Или зачем он вообще?
— Может, просто несостыковка в учебниках? — нахмурился Марьян.
— В документах бывает много логических нестыковок, — согласился Бо. — Например, вот тут перечисляется много разных видов оружия — от бактериологического и роёв микродронов до импульсных бомб. Но конкретно не говорится, о каком оружии идёт речь в договоре. Что именно было применено?
Он решился и развернул для друзей голограмму присланного файла.
Тот был толстенный и написан тем гадким бюрократическим языком, которые не очень помнил уже и Рэм в силу недавно оконченной школы, а остальные вообще в нём тут же завязли.
— Как это читать вообще? — возмутился Лившиц.
— И что ты про это думаешь? — спросил Эмор у Бо. — Ты же всё просмотрел?
— Я думаю, что это только часть документов. Она не даёт полной картины. Гамбарская группа не принимала участия в войне, не так много мы о ней и знаем.
— Не принимала?
— По крайней мере по документам, мы покинули сектор задолго до начала боевых действий. Так что наши файлы из условно ваших источников — открытых, и тех, что нам удалось взломать.
— Плохо, — Эмор проглотил последний кусок и уселся «нога на ногу». — Чую, Итон прав. Там была не капитуляция, а договорнячок…
— Да почему ты так решил? — набычился Марьян. — Как могли герои хаттской битвы!..
Его оскорбляла сама мысль, что люди, победившие хаттов, могли войти с ними в сговор.
— О людях всегда надо думать самое-самое худшее, так Дерен говорит, — усмехнулся Рэм.
— Значит, ты считаешь, что какие-то нужные Империи хатты уцелели, и их решили не трогать? — подвёл итог Эмор. — На развод оставили? Или для изучения? Вот они-то сегодня от нас и удрали?
— Или люди пощадили остатки хаттов из-за своих соотечественников, — предположил Итон.
— Это как?
— Хатты выдали нам беглых учёных, например. Многие ведь перед войной бежали на Землю. Хотели там оцифроваться и стать бессмертными. Кто-то успел обессмертиться, кто-то нет. И их вернули в Содружество и в Империю. В Содружестве потом многих сослали, а кого-то даже казнили. А у нас?
— У нас я про таких даже не читал. Не факт, что они вообще были.
— А может, беглые учёные отсидели своё в Содружестве и снова изобрели «иглу»?
— Тоже хорошая версия, — кивнул Эмор. — Хатты выдали Локьё часть экзотских учёных-перебежчиков. А они снова наделали хаттов.
— Ну или Империя подписала с Содружеством договор, что остатки хаттов не тронут. Оставят, например, на Меркурии. Подыхать.
— А они не подохли?
— Видимо, как-то сумели выжить и оклематься за сотню лет.
— В общем, что-то там было нечистое, — кивнул Итон. — Как бы нам теперь допросить эрцога Локьё, а?
— Или раскопать полную биографию военного министра?
