Следуя распространенному мнению, Д. Уилбер полагает, что персидским названием Пасаргад, «возможно, было Пайшияувада» (см. стр. 11). Однако недавно из персепольских хозяйственных текстов начала V в. до н. а. стало известно, что эламская форма названия Пасаргады, сохранившегося у античных авторов, была Батракаташ[32]. Очевидно, латинское название города в форме Рагsagada (в некоторых рукописях — Persagada), сохранившееся в труде Квинта Курция Руфа «История Александра Македонского» (V, 6, 10), которое обычно переводят как «лагерь персов»[33], неверно. Надо полагать, что персы сохранили за городом древнее эламское название данной местности, которое античные авторы передавали неточно.

После 520 г. до н. э., в период царствования Дария I, началом строительство Персеполя, одного из самых знаменитых города» древности. Персеполь раскапывался археологами в течение многих лет, и сейчас это один из наиболее хорошо изученных древних IV родов. Но в основном наши знания о нем ограничиваются памятниками, дающими яркое представление об ахеменидском искусстве и богатой материальной и духовной культуре того времени.

Однако до сих пор с Персеполем связано много загадок. Прежде всего, нам не совсем ясно, для каких целей был сооружен этот город и каковы функции его зданий. Административной столицей Ахеменидской державы был древний эламский город Сузы. Одновременно Сузы наряду с Экбатанами и Вавилоном являлись резиденцией ахеменидских царей, и в этих городах в определенные сезоны года, пребывал царский двор (Экбатаны с их горным воздухом были летней резиденцией, Вавилон — зимней; в Сузах цари со своим окружением жили весной). Когда же и для каких целей ахеменидские цари приезжали в Персеполь?

Большинство ученых[34], в том числе и Д. Уилбер, полагают, что Персеполь был не административным центром, а ритуальной столицей Ахеменидов и что последние вместе со своими приближенными встречали там первый день Нового года (новруз), который падал на день весеннего равноденствия, то есть 22 марта. В таком случае можно полагать, что на персепольских рельефах запечатлены мифы и обряды древних иранцев: борьба между старым и новым годом, между добром и злом (которую символизирует битва царя с чудовищами), надежда на благополучие в наступающем году и праздничные пиршества. Полагают также, что на самый большой в древности новогодний праздник приезжали и представители всех подвластных персам народов с образцами типичной для каждой страны подати и складывали ее (или дары) в торжественной обстановке перед царем, который восседал на золотом троне в Тронном зале[35]. Однако это мнение не вполне убедительно и, во всяком случае, у нас нет каких-либо документальных данных, свидетельствующих о том, что подданные доставляли подарки персидскому царю по случаю Нового года.

Высказывалось также весьма сомнительное предположение, что Персеполь являлся своеобразной астрономической обсерваторией для определения дня весеннего равноденствия и что его здания были расположены таким образом, чтобы вести наблюдения за небесными светилами[36]. Наиболее вероятным представляется нам мнение западногерманского археолога Л. Трюмпельмана, согласно которому Персеполь — это обычная царская резиденция, выполняющая все характерные для нее функции[37]. В пользу этого предположения, на наш взгляд, свидетельствует и сообщение древнегреческого автора Афинея («Пир мудрецов», XII, 513F) о том, что ахеменидские цари проводили осень в Персеполе. Менее вероятным представляется мнение Р. Фрая о том, что Персеполь был летней резиденцией Дария I и Ксеркса[38] (выше говорилось, что летней резиденцией Ахеменидов были Экбатаны). Возможно, прав был Олмстед, полагая, что со времени Артаксеркса I ахеменидские цари редко посещали Персеполь и обычно их туда привозили уже после смерти для погребения[39]. Поэтому Геродоту Персеполь остался неизвестным, и он его ни разу не упоминает. Но при Дарии I и Ксерксе в Персеполе часто пребывал царский двор. Хозяйственные тексты из Персеполя фиксируют выдачу для царских пиров одновременно более 100 000 л зерна и сотен голов скота. (Невольно вспоминается сообщение Афинея («Пир Мудрецов», 512) о том, что персидский царь ежедневно дает обед на 15 000 человек и для таких обедов режут 1000 голов окота (быков, баранов, оленей и т. д.). По словам Афинея, стоимость обеда доходила до 400 талантов (около 12 000 кг) серебра.

Недавно в Персеполе удалось сделать удивительное открытие. Во время реставрации было установлено, что рельефы с изображением сидящего на троне царя и наследного принца, который стоит за царем (полагают, что это Дарий I и Ксеркс), первоначально находились на центральной лестнице, ведущей в ападану, но еще в ахеменидское время были перенесены к сокровищнице[40]. Пока трудно сказать, кто и почему распорядился о переносе этих наиболее тщательно выполненных рельефов с их торжественнее места на малозаметное.

Перейти на страницу:

Все книги серии По следам исчезнувших культур Востока

Похожие книги