– Минос?! – я вспомнил человека, которого видел в снах: в золотой короне, с заостренной бородой и жестокими глазами. – Вы имеете в виду того злого царя? Так это и есть призрак, который дает тебе советы?
– Не твое дело, Перси!
Нико снова обернулся к Гериону.
– А что вы имели в виду, когда говорили, что дело пахнет жареным?
Трехтелый вздохнул.
– Видишь ли, Нико… можно называть тебя просто Нико?
– Нет.
– Видишь ли, Нико, Лука Кастеллан предлагает за полукровок очень неплохие деньги. Особенно за могущественных полукровок. И я уверен, что, когда он узнает твой маленький секрет – кто ты такой на самом деле, – он заплатит очень, очень неплохо!
Нико выхватил меч, но Эвритион выбил его у него из руки. Не успел я вскочить, как Орф прыгнул мне на грудь и зарычал. Его морды были в нескольких сантиметрах от моего лица.
– Я бы на вашем месте не выходил из машины, – предупредил Герион. – А не то Орф порвет глотку мистеру Джексону. Ладно, Эвритион, будь так добр, держи Нико покрепче.
Пастух сплюнул в траву.
– А надо?
– Надо, идиот!
Эвритион поскучнел, однако же обхватил Нико громадной ручищей и поднял его в воздух, точно борец.
– И меч тоже подбери, – с отвращением сказал Герион. – Мало что я ненавижу больше стигийского железа!
Эвритион подобрал меч, тщательно следя, чтобы не коснуться клинка.
– Ну вот, – жизнерадостно произнес Герион, – вы и посмотрели наше ранчо. Давайте вернемся в дом, пообедаем и отправим послание Ириды нашим друзьям из войска титанов.
– Ах ты, демон! – вскричала Аннабет.
Герион только улыбнулся.
– Не волнуйся, милая. Как только я передам им мистера ди Анджело, ты с твоим отрядом сможешь продолжить путь. Чужим подвигам я не препятствую. К тому же мне хорошо заплатили за то, чтобы обеспечить вам свободный проход. Увы, мистера ди Анджело это не касается.
– Заплатили? Кто? – переспросила Аннабет. – Что вы имеете в виду?
– Забудь, дорогуша. Ну что, поехали?
– Постойте! – сказал я. Орф зарычал. Я лежал абсолютно неподвижно: чего доброго, и впрямь глотку порвет. – Герион, вы говорили, что вы бизнесмен. Предлагаю заключить сделку.
Герион сощурился.
– Что за сделку? У тебя есть золото?
– У меня есть кое-что получше. Предлагаю обмен.
– Но, мистер Джексон, у тебя же ничего нет!
– А вон, пусть конюшни вычистит! – с невинным видом предложил Эвритион.
– И вычищу! – согласился я. – А если не получится, можете забирать нас всех. Продадите нас Луке за деньги.
– Если тебя кони не сожрут, – заметил Герион.
– Ну, как бы то ни было, у вас останутся мои друзья, – сказал я. – Но если у меня все получится, вы отпустите нас всех, и Нико тоже.
– Нет! – завопил Нико. – Не надо мне твоих услуг, Перси! Я не хочу, чтобы ты мне помогал!
Герион захихикал.
– Перси Джексон, эти конюшни стоят нечищенными уже тысячу лет! Хотя, конечно, если бы оттуда выгрести весь навоз, я бы мог брать лошадей на постой за деньги…
– Ну, так и что вы теряете?
Фермер колебался.
– Ну ладно. Я приму твое предложение. Но ты должен управиться до заката! А если у тебя ничего не получится, я продам твоих друзей и разбогатею.
– По рукам!
Он кивнул.
– Твоих друзей я заберу с собой, в дом. Будем ждать тебя там.
Эвритион посмотрел на меня странно. Как будто сочувствовал. Он свистнул, пес спрыгнул с моей груди и вскочил на колени к Аннабет. Она вскрикнула. Я знал, что Тайсон с Гроувером ничего не станут предпринимать, пока Аннабет держат в заложницах.
Я вылез из вагончика и посмотрел ей в глаза.
– Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, – тихо сказала она.
– Я и сам на это надеюсь.
Герион сел за руль. Эвритион усадил Нико на заднее сиденье.
– До заката! – напомнил мне Герион. – И не позже!
Он снова расхохотался надо мной, позвонил в коровий колокольчик, и му-му-мобиль покатил прочь.
Я утратил надежду, когда увидел, какие у этих лошадей зубы.
Подходя к изгороди, я зажал нос рубашкой, чтобы ослабить вонь. Один жеребец подошел поближе, чавкая по грязи, и сердито заржал на меня. Он оскалил зубы – они были острые, точно медвежьи.
Я попытался мысленно заговорить с ним. С большинством лошадей у меня это получается.
«Привет, – сказал я ему. – Я пришел чистить ваши конюшни. Правда, здорово?»
«Да! – ответил конь. – Входи! Съедим! Вкусный полукровка!»
«Но я же сын Посейдона! – возразил я. – Он создал всех лошадей!»
Обычно это сразу обеспечивало мне статус важной персоны в конских глазах, но на этот раз не прокатило.
«Да! – с энтузиазмом согласился конь. – Пусть и Посейдон тоже приходит! Мы вас обоих съедим! Морепродукты!»
