– Лука! – крикнула Аннабет. – Прекрати это! Отпусти нас!
Лука как будто только теперь ее заметил. На миг он, казалось, был ошеломлен.
– Аннабет?!
– Женщины еще успеют подраться! – перебил Антей. – Сначала Перси Джексон! Какое оружие ты выбираешь?
Дракайны выпихнули меня на середину арены.
Я уставился на Антея.
– Неужели ты и правда сын Посейдона?
Антей разразился хохотом, и вся толпа вместе с ним.
– Я его любимый сын! – прогремел Антей. – Взгляни на мой храм Потрясателя земли, выстроенный из черепов тех, кого я убил во имя его! Скоро твой череп присоединится к ним!
Я в ужасе уставился на все эти черепа – их были сотни, – и на знамя Посейдона. Неужели это храм моего папы? Папа ведь хороший мужик. От меня он ни разу не потребовал даже открытки на День отца, не говоря уж о черепах…
– Перси! – крикнула мне Аннабет. – Его мать – Гея! Гея!..
Великан-лестригон зажал ей рот ладонью. «Его мать – Гея». Богиня Земли. Аннабет пыталась мне сказать, что это почему-то важно, но почему – я не знал. Может, она просто имела в виду, что у чувака оба родителя – боги? Тогда убить его будет еще труднее…
– Ты псих, Антей, – сказал я. – Если ты думаешь, будто этим ты угождаешь отцу, ты ничего не знаешь о Посейдоне!
Толпа завопила, бросаясь оскорблениями, но Антей вскинул руку, требуя тишины.
– Оружие! – произнес он. – И тогда мы поглядим, как ты умеешь умирать! Что ты выбираешь? Секиры? Щиты? Сети? Огнеметы?
– Только мой меч, – ответил я.
Чудовища разразились хохотом, но в руках у меня тут же появился Анаклузмос, и хохот сделался немного нервным. Бронзовый клинок слабо светился.
– Первый поединок! – провозгласил Антей. Ворота распахнулись, и из них выскользнула дракайна. В одной руке у нее был трезубец, в другой – сеть с грузами. Классическое вооружение гладиатора. В лагере я годами учился противостоять таким бойцам.
Она сделала пробный выпад. Я отступил. Она метнула сеть, рассчитывая запутать мою правую руку, но я непринужденно шагнул в сторону, перерубил древко и ткнул Анаклузмосом в щель в доспехе. Дракайна с жалобным воплем рассыпалась прахом, и радостные крики толпы смолкли.
– Не-ет! – взревел Антей. – Слишком быстро! Нельзя убивать так сразу! Только по моему велению!
Я оглянулся на Аннабет и Рейчел. Надо найти способ их освободить. Может быть, отвлечь их стражу…
– Молодец, Перси! – улыбнулся Лука. – Надо отдать тебе должное, обращаться с мечом ты научился как следует.
– Второй поединок! – заорал Антей. – И на этот раз – помедленней! А то так неинтересно! Дождись моего решения, потом уже убивай – а не то!!!…
Ворота снова распахнулись, и на этот раз из них вышел молодой воин. Он был чуть постарше меня, лет шестнадцати. Блестящие и гладкие черные волосы, левый глаз закрыт повязкой. Воин был тощий и жилистый, греческий доспех на нем болтался. Он вонзил меч в землю, подтянул ремни на щите и надел шлем с султаном из конского волоса.
– Ты кто? – спросил я.
– Этан Накамура, – сказал он. – Мне надо тебя убить.
– Зачем тебе это?
– Эй! – завопило с трибун какое-то чудовище. – Кончайте болтать, деритесь уже!
Остальные подхватили его крик.
– Я должен доказать свою доблесть, – сказал мне Этан. – Иначе меня не примут!
И с этими словами он ринулся на меня. Наши мечи встретились в воздухе, толпа взревела. Это казалось совершенно неправильным. Не хотел я сражаться на потеху толпе чудовищ. Но Этан Накамура не оставил мне особого выбора.
Он теснил меня. Он был хорош. В Лагере полукровок он никогда не бывал – насколько я знал, – но где-то его учили. Он отразил мой удар и едва не сбил меня с ног щитом, но я успел отпрыгнуть. Он рубанул мечом. Я откатился в сторону. Мы обменивались ударами и блоками, прощупывая друг друга. Я старался держаться с той стороны, где у Этана была повязка, но это не особо помогало. Он, видимо, давно привык сражаться с одним глазом, потому что атаки слева он отражал безукоризненно.
– Кро-ви! Кро-ви! – кричали чудовища.
Мой противник покосился на трибуны. Так вот где у него слабое место! Он старался произвести впечатление. А я нет.
Он издал яростный боевой клич и бросился на меня, но я отбил его клинок и отступил, позволяя ему оттеснить меня.
– Фу-у! – воскликнул Антей. – Стой и сражайся!
Этан теснил меня, но я без труда отражал атаки, даже без щита. Он был одет для обороны – в тяжелый доспех со щитом, – и от этого ему было очень утомительно атаковать. Я был более уязвимой мишенью, но зато мог двигаться легче и проворнее. Толпа озверела: они негодующе орали и швырялись камнями. Мы сражались уже минут пять, ни разу не пролив крови.
И вот наконец Этан допустил ошибку. Он попытался пырнуть меня в живот, я перехватил его меч на свой и крутанул. Меч Этана шлепнулся наземь. И не успел он прийти в себя, как я огрел его рукоятью меча по шлему и повалил на землю. Его тяжелый доспех помог мне больше, чем ему. Этан рухнул на спину, усталый и оглушенный. Я приставил острие меча к его груди.
– Заканчивай! – простонал Этан.
Я поднял взгляд на Антея. Его красное лицо окаменело от недовольства, однако он вскинул руку и опустил большой палец вниз.
