Я лежал на кровати и смотрел в иллюминатор. Мне показалось, что я слышу в коридоре голоса… не громче шепота. Я знал, что это невозможно. Мы обошли весь корабль и никого не видели. Но голоса не давали мне уснуть. Они напомнили мне о путешествии в преисподнюю: так же шептали, проплывая мимо, духи умерших.
Наконец усталость взяла верх. Я заснул… и мне приснился самый страшный сон из всех, что я когда-либо видел.
Я стоял в пещере на краю огромной ямы. Я сразу же узнал это место. Вход в Тартар. И холодный смех, раздававшийся во мраке внизу, я тоже моментально узнал.
«Ба, да это же юный герой. – Голос скрежетал, как лезвие ножа, которым скоблят камень. – На пути к очередной великой победе».
Мне хотелось закричать на Кроноса, чтобы он оставил меня в покое. Захотелось вытащить Анаклузмос и зарубить его. Но я не мог двинуться. А даже если бы и мог, как можно убить того, кто уже однажды был уничтожен – разрублен на куски и выброшен в вечную тьму?
«Барахтайся, старайся изо всех сил, – насмехался титан. – Возможно, в этот раз… когда ты потерпишь неудачу… то призадумаешься: стоит ли становиться рабом богов. Как именно твой отец
Его смех заполнил пещеру, и внезапно место действия поменялось.
Теперь это была другая пещера – спальня-темница Гроувера в логове циклопа.
Сам Гроувер в своем запачканном свадебном платье сидел за ткацким станком, судорожно распуская незаконченный свадебный шлейф.
– Мулипусечка! – проорало чудовище за дверью.
Гроувер взвизгнул и снова принялся ткать.
Валун, служивший дверью, сдвинули с места, так что стены пещеры содрогнулись. В дверном проеме показался циклоп, такой огромный, что Тайсон в сравнении с ним выглядел бы недоростком. Он скалил желтые зубы и потирал шишковатые руки, каждая толщиной с мое туловище. Он носил выцветшую фиолетовую футболку с надписью: «ВСЕМИРНАЯ ВЫСТАВКА ОВЕЦ – 2001». Росту в нем было никак не менее пятнадцати футов. Но страшнее всего был его молочно-белый глаз, пересеченный рубцом шрама и пораженный катарактой. Если монстр пока еще не ослеп, то ждать этого оставалось недолго.
– Что ты делаешь? – с подозрением поинтересовалось чудище.
– Ничего! – пропищал Гроувер фальцетом. – Просто тку свой свадебный шлейф, как видишь.
Циклоп просунул в пещерку руку и пошарил вокруг, пока не наткнулся на станок. Он ощупал ткань.
– Что-то он не удлинился!
– О, эээ… удлинился, дорогой. Видишь? На целый дюйм.
– Это слишком долго! – заревел монстр. Потом принюхался. – Ты вкусно пахнешь! Как козел!
– О! – Гроувер через силу тоненько хихикнул. – Тебе нравится? Это
– Ммммм! – Циклоп обнажил острые зубы. – Так бы и съел!
– Ах ты, шалунишка!
– Больше никаких проволочек!
– Но, дорогой, я еще не закончила!
– Завтра же!
– Нет, нет. Еще десять дней.
– Пять!
– Ох, ну, хорошо, пусть будет семь. Если ты настаиваешь.
– Семь! Это же меньше, чем пять, правда?
– Ну, конечно. Разумеется.
Чудовище, недовольно ворча, снова завалило вход камнем, оставив Гроувера наедине с его рукоделием.
Гроувер зажмурился и прерывисто вздохнул, пытаясь успокоиться.
– Поторопись, Перси, – пробормотал он. – Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!
Я проснулся от того, что корабль дал длинный свисток, а по внутренней селекторной связи преувеличенно бодро начал распинаться какой-то тип с австралийским акцентом.
– Доброе утро, пассажиры! Сегодня мы целый день проведем в море. Прекрасная погода, чтобы устроить зажигательные танцы у бассейна! Не забудьте, что в час дня мы разыграем в лотерею миллион долларов в Кракен-холле, а наших
Я рывком сел в постели.
– Что он сказал?
Тайсон, еще до конца не проснувшись, протяжно зевнул. Он лежал ничком на диване, а непоместившиеся ноги вытянул в ванную.
– Веселый дядя сказал… занятие по орошению?
Я надеялся, что он прав, но тут раздался настойчивый стук в дверь, соединявшую наши комнаты. Показалась голова Аннабет, ее светлые волосы торчали во все стороны на манер вороньего гнезда.
– Занятие по «потрошению»?
Одевшись, мы отправились в рискованное путешествие по кораблю и очень удивились, встретив других людей. Около дюжины пенсионеров шли завтракать. Отец семейства вел детишек к бассейну поплавать с утра пораньше. Члены экипажа в белой накрахмаленной форме прохаживались по палубе, слегка касаясь своих кепок, приветствуя пассажиров.
Никто не спрашивал, кто мы такие. Никто не обращал на нас особого внимания. И все-таки что-то шло не так…
Когда мимо нас прошествовало семейство в плавках, отец сказал детям:
– Мы в круизе. Мы веселимся.
– Да, – в унисон ответили трое детей. На их лицах не отразилось никаких эмоций. – Все просто супер. Айда плавать в бассейне.
Семейство побрело прочь.
– Доброе утро, – приветствовал нас член экипажа с совершенно стеклянным взглядом. – Мы все прекрасно проводим время на борту «Царевны Андромеды». Хорошего вам дня.
И медленно пошел дальше.
– Перси, это странно, – прошептала Аннабет. – Они все словно в трансе.
