– Я давно боялась нападения. Мне следовало его ожидать. Я повела себя как эгоистка, когда не захотела расставаться с тобой.
– Не захотела расставаться? Но…
Меня прервало разъяренное мычание, и человек-бык затопал вверх по склону.
Он учуял нас.
До сосны оставалась пара ярдов, но склон становился все более крутым и скользким, а Гроувер легче не делался.
Человек-бык приближался. Еще несколько секунд – и он нас настигнет.
Несмотря на усталость, мама взвалила Гроувера на себя:
– Беги, Перси! Беги один! Помни, что я сказала.
Мне не хотелось оставлять ее, но я чувствовал, что она права: это был наш единственный шанс. Я рванул налево, обернулся – и увидел, что чудовище движется в мою сторону. В черных глазах светилась ненависть. От монстра несло тухлым мясом.
Он опустил голову и бросился на меня, нацелив острые рога прямо мне в грудь.
Комок страха у меня в животе приказывал бежать, но это не помогло бы. Чудовище было слишком быстрым. Поэтому я собрался с духом и ждал, а в последний момент отпрыгнул в сторону.
Человек-бык пронесся мимо как товарняк, разгневанно замычал и повернулся, только на этот раз не ко мне, а к маме, которая устраивала Гроувера в траве.
Мы были на гребне холма. Я видел долину внизу, в точности как говорила мама, и дом, огни которого светились желтым сквозь струи дождя. Но до него было еще полмили. Нам ни за что не успеть.
Человек-бык закряхтел, ударяя ногой в землю. Он не сводил глаз с мамы, которая теперь медленно спускалась по склону к дороге, стараясь увести монстра от Гроувера.
– Беги, Перси! – велела она. – Дальше мне не пройти. Беги!
Но я стоял на месте, скованный страхом, и смотрел, как чудовище бросилось на нее. Она попыталась отскочить в сторону, как учила меня, но монстр усвоил урок. Когда она попыталась уйти с дороги, он выбросил руку и схватил ее за горло. Он поднял ее над землей, а она билась в его хватке, дергая ногами и колотя по воздуху.
– Мама!
Она поймала мой взгляд и сумела выдавить последнее слово:
– Беги!
Но тут монстр с ревом сжал ее горло, и мама испарилась, превратившись в сияющий золотистый силуэт, похожий на голограмму. Ослепительная вспышка – и она просто… исчезла.
– Нет!
Ярость вытеснила мой страх. Руки и ноги налились новой силой – такой же, как в тот раз, когда миссис Доддз отрастила когти.
Человек-бык направился к Гроуверу, беспомощно лежащему в траве. Монстр навис над моим лучшим другом и обнюхал его, словно собирался и его поднять в воздух и уничтожить.
Этого я допустить не мог.
Я снял красный дождевик.
– Эй! – крикнул я, размахивая дождевиком и подбегая к чудовищу со стороны. – Эй, придурок! Фарш говяжий!
– Раааарррр! – Чудовище повернулось ко мне, потрясая здоровенными кулаками.
У меня появилась идея – глупая, но выбирать не приходилось. Я отбежал обратно к сосне и принялся размахивать красным дождевиком перед монстром, рассчитывая отпрыгнуть в сторону в последний момент.
Но все пошло не по плану.
Человек-бык оказался слишком быстрым, он бежал ко мне, расставив руки, готовый схватить, как бы я ни старался увернуться.
Время замедлилось.
Мои ноги напряглись. В сторону отскочить не вышло бы, и я подпрыгнул вверх, оттолкнулся от головы монстра как от трамплина, перевернулся в воздухе и приземлился чудовищу на шею.
Как мне это удалось? Времени, чтобы обдумывать это, у меня не было. Через долю секунды голова монстра ударилась в дерево, отчего у меня чуть не повылетали зубы.
Человек-бык метался, пытаясь меня стряхнуть. Чтобы удержаться, я схватился за его рога. Гром и молнии ударяли все сильнее. Дождь заливал мне глаза, вонь протухшего мяса выжигала ноздри.
Монстр трясся и мотал головой, как бык на родео. Попятившись, он мог бы впечатать меня в дерево и раздавить, но я начал понимать, что у этой твари был только один режим движения: вперед.
В траве застонал Гроувер. Я хотел крикнуть, чтобы он заткнулся, но меня так трясло, что, открой я рот – тут же откусил бы себе язык.
– Еды! – стонал Гроувер.
Человек-бык повернулся к нему и снова принялся бить ногой в землю, готовясь к атаке. Я вспомнил, как он выдавил жизнь из моей матери, заставив ее исчезнуть во вспышке света, и ярость переполнила меня как высокооктановое топливо. Я обеими руками схватился за рог и изо всех сил потянул назад. Монстр напрягся, удивленно хрюкнул, а потом –
Человек-бык заревел и сбросил меня. Я упал на спину в траву и ударился головой о камень. Когда я сел, в глазах плыло, но в руках у меня был рог – шероховатое костяное оружие размером с нож.
Монстр бросился в атаку.
Не раздумывая, я перекатился на бок и поднялся на колени. Когда чудовище оказалось рядом, я воткнул обломанный рог ему в бок, прямо под мохнатые ребра.
Человек-бык взревел от боли. Он размахивал руками, хватался за грудь, а потом вдруг начал растворяться – не как мама, превращаясь в золотую вспышку, а рассыпаясь по ветру песком, как миссис Доддз.
Монстр испарился.
