– Фантастика, – ответил Янн, с неподдельным энтузиазмом обращаясь к Эльге, – мне не терпится увидеть вас в деле.
Что касается Эльги, то радость оттого, что ей в команде отвели роль, пусть даже и созданную искусственно, тут же поблекла от осознания ответственности за конкретные цели, которые ей теперь придется реализовать.
– Вы получили фотографии, которые я послал утром? – вклинился в разговор Фрэнк, почувствовав смущение девушки.
– Да, – с чрезмерной горячностью ответил Янн, – и поскольку обнаружил там ряд совпадений, тут же решил с вами увидеться.
Он поставил рюкзак на стол, не потрудившись даже расчистить для него место, и вытащил ноутбук с высеченной на крышке головой инопланетянина. Затем включил его, и голова озарилась странным голубым светом.
– Вот, смотрите, я, похоже, знаю, откуда этот ваш тип. Чтобы больше обосновать наши предположения о возможном происхождении преступника, мне пришлось связаться с парой моих знакомых.
– О возможном происхождении преступника? – позволила себе переспросить Эльга.
Янн поднял на Фрэнка вопросительный взгляд:
– Я могу ей объяснить?
– Давайте.
– Хорошо. Если говорить в общих чертах, то я аналитик по вопросам обороны. Моя работа, как и работа команды, в которой я тружусь, сводится к тому, чтобы тщательно разбирать военные методики, принятые в армиях мира, с целью составления максимально подробного банка данных о них и выделения тех, которые представляют для нас интерес.
– Чтобы взять их на вооружение?
– Да. Либо просто из разведывательных соображений.
– Вы анализируете все армии мира?
– Почти, по крайней мере те, что заслуживают внимания.
– Но ведь это, должно быть, колоссальная работа?
– Но и команда у нас не сказать, чтобы маленькая, – с улыбкой ответил он.
– Как интересно! И как же вы добываете эту информацию?
– Сожалею, но это военная тайна, поэтому я не могу ответить на ваш вопрос.
– Может, продолжим? – перебил его Фрэнк.
– Да, конечно, простите, комиссар. Основываясь на сообщениях медиков, а также на информации о том, как злодей проник на место преступления, а потом покинул его, в случае с месье Сильвой, а теперь и со второй жертвой, я, вероятно, могу подтвердить, что он действительно бывший военный или как минимум прошел подготовку в военизированных формированиях. Я проверил, использовались ли в последние тридцать лет подобные методы в воинских подразделениях, государственных или частных, во время конфликтов по всему миру.
– Давайте ближе к делу, – попросил Фрэнк, – у нас мало времени.
– Да-да, я как раз к фактам и перехожу. Сначала мне удалось обнаружить аналогичные бесчинства в бывшей Югославии, Камбодже, Сирии и Сомали. Но ни один из этих случаев меня окончательно не удовлетворил, потому что сходство с преступлением в больнице Святой Анны было лишь частичным. Общим между ними скорее было варварство, чем использованные приемы.
Делясь результатами своей работы, он явно испытывал наслаждение и говорил быстро, со страстью.
– Ваши люди сообщили мне о первых гипотезах и линиях расследования. Занимавшиеся первой жертвой медики несколько раз упомянули весьма важный момент. Наш преступник проявил настоящее мастерство, особенно в отношении жгутов и ампутации рук. Я подробно изучил фотографии веревок, которыми он воспользовался, дабы остановить кровотечение. На них прекрасно видны узлы, которыми он их завязал. Такой узел называется «штык с обносом». Как бы мне вам показать?
Он на несколько секунд задумался, покрутил по сторонам головой в поисках предмета, способного наглядно продемонстрировать его слова, потом опустил взгляд на пол и его глаза тут же озарились. Он присел, развязал на правом ботинке шнурок, вытащил и развернул его на всю длину.
– Вот, смотрите.
Он взял шнурок в руку и, показывая на собственном предплечье, стал повторять жесты преступника.
– Сначала делаете петлю, вот так. Потом продеваете ее под мышкой, берете длинный конец и опять просовываете в петлю, но уже в обратном направлении. Потом сильно затягиваете. – Вы ничего не заметили?
– Его можно завязать очень быстро и просто, – ответила Эльга.
– А главное – одной рукой, – добавил Фрэнк.
– Вот именно! – возликовал Янн. – Вот почему этот прием так ценится в армиях. Ведь его можно завязать на себе в самый разгар боя. Грубо, но эффективно и помогает спасти жизнь солдату, раненому, например, в руку.
Янн ослабил тонкий шнурок, снял его и положил на стол.
– Это еще одна улика, указывающая на военного, как минимум бывшего, – подчеркнул Фрэнк.
– Да, узел подтвердил интуитивную догадку, возникшую у меня после разговора с вашей командой.
– То есть?
– Сначала мы сосредоточили усилия на различных аспектах его приемов, исходя из предположения, что он служил в армии классического типа. Но если поменять точку зрения на противоположную, поставив на первое место его личную мотивацию, то есть месть, то у нас получится несколько другой результат. Где можно найти армию, которая мстит, подвергая подобным пыткам население?
– Не уверен, что понял ваш вопрос.
