Максиму оставалось до дома каких-то минут десять, но ехал он медленно, оттягивал возвращение как мог. Очень надеялся, что Ленкины гости уже ушли, даже написал Артему – спросил, что там у них происходит. Тот не ответил, и Максим зарулил к себе в поселок, припарковался, посидел немного в машине. Окинул взглядом таунхаус – в окнах первого этажа горел свет, наверху было темно. Стоило отпереть дверь, и на него обрушилась музыка, громкие голоса; похоже, Ленка с гостями хором пели в караоке. Она выскочила в коридор, кинулась его обнимать. Артем прятался в своей комнате – бывшем кабинете.
Максим переоделся, заглянул к нему: мальчик спал, в ногах, на одеяле, посапывал Филя. Вечеринка внизу продолжалась, Ленка включила очередную песню. Максим остановился на площадке лестницы, прислушался, а потом решительно двинулся в гостиную.
– Время позднее, – сказал, выключая музыкальный центр, – Артем уже спит. Надо бы тут проветрить.
Распахнул окно, начал уносить со стола посуду, давая понять, что вечер окончен. Соседи засобирались, хоть Ленка и предлагала посидеть еще. Наконец они ушли, и Максим устало опустился на диван, потер глаза.
– И как твой поставщик? – спросила Ленка мимоходом, загружая тарелки в посудомойку, и только тогда Максим вспомнил, что ничего про театр ей не рассказал.
– Нормально, – ответил коротко, а потом, словно в воду ныряя, объявил:
– Лен, давай-ка разводиться с тобой.
Максим проснулся наутро от странного ощущения чужого присутствия – это густой туман ворвался в окна, заполнив комнату безжалостным дневным светом. Казалось, выгляни наружу, и увидишь ледяную пустыню с торосами и белых медведей. Ленка спала на своей половине кровати, уткнувшись носом в подушку; волосы разметались во все стороны, голая пятка торчала из-под одеяла.
Вчера она столько плакала, столько кричала и упрекала его, что Максим уже подумывал сделать ей укол, уложить спать насильно. Но обошлось – узнав, что он позаботится о том, где им с Артемом жить, и не станет сразу отправлять в свободное плавание, она угомонилась, хоть и всхлипывала еще какое-то время.
Теперь предстояло решить, откуда добыть ей квартиру – может, взять ипотеку? Максим заплатил бы первый взнос, дальше она сама. На новой должности зарплату ей прибавили, этого хватит, если будет жить экономно. Максиму было неудобно перед Артемом, стыдно, что дал надежду и обманул. Тем не менее, поднявшись утром, он собрал вещи – самое необходимое, – попрощался с женой и поехал в санаторий, устраиваться.
Занял палату на одного, объяснил, что поживет пока здесь. Дома проблемы, подробности позже. Через день у него был урок итальянского, и там, подходя к аудитории, он услышал разговор между Юлей и одной из Вик.
– Где наш мужчина? – спрашивала Вика, а Юля отвечала:
– Билли-Боб? Торнтон? Не знаю, сейчас, наверное, придет.
Ого! Вот с кем они его сравнивают! Максим вспомнил сухое лицо, пронзительные глаза голливудского актера и подумал, что сравнение, пожалуй, подходящее. Примерно так он сам себя видел.
После занятия – глаголы, прошедшее время, рассказ о семье – Юля убегала в очередной ресторан, делать обзор. Спросила: «Пойдешь со мной?» – и Максим кивнул, соглашаясь.
– Ты что-то мрачный, – заметила она на ходу, шагая по Тверскому бульвару.
– Может быть, – не стал отпираться он.
– Что-то случилось?
– Развожусь с женой.
– Да ладно! Серьезно? Почему?
– Неохота рассказывать. Так, не сошлись характерами.
– Ты расстраиваешься? А кто предложил?
– Сам и предложил. Но все равно расстраиваюсь.
– Ну, расскажешь когда-нибудь. Давай пока поедим. Мне всегда помогает.
На этот раз обзор был заказной; им заставили весь стол красивыми тарелками, Юля сделала фотографии, и они наконец смогли взяться за еду. Она пробовала одно блюдо за другим, делала быстро заметки в телефоне, предлагала Максиму тоже оценить. Сначала кусок не лез ему в горло, но потом, постепенно, стало отпускать: сытость вкупе с Юлиной компанией успокаивали.
Юля поблагодарила официантов, попросила вина и, поудобнее устроившись в кресле, спросила:
– Ну что, тебе получше?
– Удивительно, но да!
– Поболтаем?
– Давай. О чем?
– Да хоть об Италии. Ты где-нибудь кроме Генуи был?
– Не-а. А ты?
– Я да. Меня муж часто возит. Когда хорошо себя веду, – рассмеялась она.
– Тогда расскажи, где больше понравилось.
– Во Флоренции, наверное. Вообще в Тоскане. Это какой-то волшебный край. Куда ни посмотри – сплошная красота. И кормят потрясающе!
– Вы надолго летаете?
– По-разному. Бывает, что на пару дней. Бывает и на месяц, если у Ильи получается взять отпуск.
– Слушай, а вы хорошо с ним живете?
– Ну конечно. Иначе зачем оно все?
– Вот и я так решил.
– И пошел разводиться?
– И пошел разводиться. Наверное, и жениться не должен был. У моей жены сын, такой хороший мальчишка! Стыдно перед ним ужасно.
– Может, тогда потерпеть?
– Нет, не получится. Я уже решил.
– Тогда за новую жизнь!
