— Мне нужна работа, — твердо сказала Лика, — очень нужна, и как можно скорее.
Ника задумалась и сказала, что есть одно место.
— Что-то типа кассира… — неуверенно произнесла она. — Но… там опасно. Есть криминал, и если честно — большой. Но если осторожно и не зарываться…
Она наклонилась и шепотом поведала Лике на ухо, в чем суть предлагаемой работы.
Лика думала недолго.
Здесь никакой работы в ближайшее время она не найдет, а тем временем хозяйка велит освобождать квартиру. Если продать кое-какие вещи, то, может быть, хватит денег на билет домой.
И что ждет ее дома? Вечно пьющий отчим. Мать, которая давно махнула на себя рукой, ничего ей не нужно, только бы оставили в покое. Все, считая Лику.
Да уж, они точно не обрадуются, если Лика свалится им как снег на голову.
— Я согласна, — сказала Лика.
Суть работы она уразумела быстро. Тут главное — внимательность и аккуратность, а этими качествами Лика обладала в избытке.
Ника велела сослаться на какого-то Владимира Ивановича, он, дескать, позвонит и ее рекомендует. Кто такой Владимир Иванович, Ника не объяснила, а Лика не спрашивала.
Как увидела свекровь, тогда еще будущую, впервые — так сразу захотелось бежать куда подальше. Но тут же вспомнила про долги и унизительные поиски работы, и мучительный голод, и грозящую нищету — и согласилась.
Елизавета Арнольдовна бросила на нее один только взгляд, а просветила, как рентгеном, она всегда говорила, что у нее на людей — глаз-алмаз.
— Работай, — сказала она, — проворуешься — урою.
И Лика работала — не вступая ни с кем в разговоры, тщательно себя контролируя, ни с кем не конфликтовала, больше помалкивала. С Елизаветой Арнольдовной сталкивалась нечасто. Видела ее сына Сергея — как на мужчину, на него и не смотрела — такой незаметный, молчаливый, безликий какой-то, не человек, а робот. Хотя и тут совсем не то: робот железный, несгибаемый, а у этого сразу видно, что внутри никакого стержня нету.
Прошло несколько месяцев, и Арнольдовна вызвала ее как-то к себе. Пока шла, Лика еле ногами двигала от страха — не иначе, как Борюсик нажаловался, у них уже тогда отношения плохие были. Но денег просто так он у нее не требовал, опасался.
— Садись, — сказала Арнольдовна, смотря на нее из-под насупленных бровей, — садись и слушай.
И замолчала надолго, так что Лика от страха чего только не передумала. Вроде бы никаких серьезных грехов за ней нет, а вдруг? С Арнольдовной никогда не знаешь, откуда гром грянет и неприятности посыплются.
— Вот что скажу, — заговорила наконец Арнольдовна, — девка ты старательная и работящая. Аккуратная опять же, работать умеешь. В дело вошла быстро. И вот у меня к тебе предложение: выходи за Сергея моего. Он парень неплохой, звезд с неба не хватает, зато не пьет и по бабам не шастает. А как войдешь в Семью, так будешь жить на всем готовом. Машину куплю, деньги платить тебе буду хорошие.
— Да зачем вам? — невольно ахнула Лика.
— А мне так спокойнее, — ответила Арнольдовна, — потому как знаешь ты много такого, что постороннему знать не положено.
И посмотрела так, что Лика поняла — попалась она крепко. Теперь даже если уволиться захочешь — не позволят. Найдут и… Арнольдовна на все пойдет.
— Ну, что скажешь? — спросила будущая свекровь. — Подходит тебе такой вариант?
— А Сергей что говорит? — осмелилась Лика.
— А ему говорить не положено, — припечатала свекровь, — что велю — то и сделает.
И Лика и Сергеем расписались в ЗАГСе. А до того даже не поговорили толком. Пыталась Лика его спросить, что он сам-то о своей женитьбе думает, так он только рукой махнул — мать лучше знает. Раз говорит, что надо — значит, надо. И ты соглашайся, мать два раза предлагать не станет, не тот человек.
Свадьбы, естественно, никакой не было — еще не хватало. В свидетелях у Сергея был его брат Борюсик, а к Лике позвали постороннюю бабу, которая крутилась в ЗАГСе случайно.
Переехала Лика в огромную квартиру, выделила свекровь им с мужем комнату. И в постели Сергей ничем не удивил — такой же оказался, то есть вроде бы все нормально, а скука берет — хоть волком вой! Одно хорошо — нечасто он к ней с этим делом обращался, видно, самому неинтересно. Ну и на том спасибо.
Побежали дни, заполненные работой и хозяйством, которое свекровь все на Лику свалила. Лика и счет этим дням потеряла. А сейчас вот стала задумываться и вопросы себе задавать.
Для чего ей такая жизнь? Чего ей дальше ждать, к чему готовиться? Выходило, что ждать нечего. Либо свекровь обнаружит недостачу денег, которые Борюсик берет, и Лику, как она и обещала, уроет, либо Борюсик ее покалечит.
А то еще возможно, что бизнес свекрови накроется — либо конкуренты ее съедят, либо полиция заинтересуется, и тогда Лика обязательно крайней окажется. Деньги-то все через нее идут. Много она знает, ох, много…
Раньше она эти мысли от себя отгоняла, а теперь вот перстень подсказал, что нельзя больше тянуть, надо на что-то решаться, чтобы вырваться из этой клетки стальной, бронированной. А то как бы поздно не было.
