— Это ты зря, — рассудительно проговорил Чуркин. — Здесь, может, особых условий нету, но учиться очень даже можно. С аквалангом обращаться, погружаться — это все и здесь можно. Так что на ту базу люди специально приезжают, чтобы курс дайвинга пройти, получают сертификат, а потом уже едут на море и там время на обучение не тратят, а спокойно ныряют в свое удовольствие…
— Кстати, — подал голос Иваныч, — акваланг-то тот после нашли. Примерно через неделю.
— Нашли? — переспросил Лебедкин. — А где нашли-то?
— В озере, неподалеку от берега был он притоплен.
— Вот оно что!
Лебедкин опустил голову, подперев ее кулаком. При этом он, сам того не зная, принял позу роденовского мыслителя. Правда, с творчеством Родена он знаком не был и позу эту принял не из эстетических соображений, а инстинктивно.
Он действительно размышлял.
Странная кража произошла полгода назад на соседней базе.
Некто неизвестный украл акваланг. Украл с большим трудом, не пожалев несчастного сторожа, который в конце концов умер от травмы. Значит, этот акваланг был ему, этому неизвестному, очень нужен. Просто до зарезу.
Но вот зачем?
Конечно, сейчас развелось множество наркоманов, которые ради дозы никого не пожалеют и могут даже убить человека. А акваланг, наверное, стоит больших денег.
Но ведь этот неизвестный, чтоб его черти взяли, не продал украденный акваланг. Он его выбросил, точнее, притопил в озере, чтобы не сразу нашли.
Значит, акваланг был ему нужен не на продажу.
А зачем тогда?
Чтобы как-то его использовать…
А как можно использовать акваланг?
Вряд ли этому неизвестному так невыносимо захотелось поплавать с аквалангом в мутной торфяной воде лесного озера, что он не выдержал соблазна и пошел на преступление ради осуществления своего заветного желания.
В конце концов, он мог этот акваланг взять напрокат, как все нормальные люди. Но он так не поступил.
Значит…
Значит, акваланг ему нужен был для чего-то, о чем никто не должен был знать.
И тут в голове капитана Лебедкина сложилась цельная и законченная картина.
Выходит, прав был французский скульптор Роден.
Поза, которую он придал своему знаменитому Мыслителю, действительно способствует успешной умственной деятельности. Проверено на практике…
— Что-то ты, Петя, такой сегодня задумчивый, — сказала Дуся вернувшемуся Лебедкину, — голодный, наверно. Вот я тебе гамбургер принесла.
— А? — встрепенулся Лебедкин и впился зубами в гамбургер, забыв развернуть бумагу.
— Петька, да ты совсем рехнулся! — Дуся вырвала у него из рук несчастный гамбургер, усадила напарника за стол и подвинула ему стакан с кофе.
Лебедкин в удивлении уставился на кусок бумаги, который выпал у него изо рта. Пока он ел, Дуся пыталась его воспитывать. Но не преуспела в этом, заметив, что все ее слова пролетают мимо Петькиных ушей. Он о чем-то напряженно думал.
— Ну, давай уж, рассказывай, — вздохнула она, — небось опять какая-нибудь бредовая теория.
— Вот смотри. Допустим, вышла вечером эта девица прогуляться, полюбоваться пейзажем, подошла к мосткам, а там что-то плавает. Интересно ей стало — что такое? Наклонилась она, а оттуда — раз! — и стащили ее в воду! А не выплыла она, потому что этот тип был в акваланге, который украл с соседней базы, это точно, Леха Чуркин как раз это дело расследует. Потому что там еще и сторожа убили. Кстати, он привет тебе передавал.
— Кто — сторож? — удивилась Дуся.
— Да нет, Леха. Как заговорил про тебя, так прямо засиял весь. Дуся, говорит — это такая женщина…
— Да не про него! — отмахнулась Дуся. — Про него неинтересно. Ты по делу говори!
— Значит, этот тип упер акваланг, потом подкараулил девицу нашу около озера, может, позвал ее из воды, потом за ноги стащил с мостков и держал под водой, пока она не утонула, так? А потом уплыл тихонько, акваланг бросил. У утопленницы нашей следов на теле никаких, его никто не видел, вот так.
— Это у тебя, Петька, получается преднамеренное убийство. Выходит, человек заранее все рассчитал, стало быть, за девицей этой следил. Знакомая она его, вот что. Но вообще, с чем ты собираешься к начальству идти? Доказательств-то никаких, одни догадки. Знаешь, что тебе начальник на это скажет?
— Откуда мне знать?
— Скажет, что тебе не в полиции работать надо, а сценарии для детективных сериалов писать. И это еще самый мягкий вариант. А скорее всего, ничего не скажет, а только посмотрит глазами своими стеклянными. И даже пальцем у виска не покрутит, и так все ясно.
— Ой-ой-ой! — Капитан Лебедкин поежился, представив себе взгляд начальника.
— Что же делать? — Петька смотрел жалобно, и сердобольной Дусе стало его жалко.
— Доказательства искать, вот что. Значит, отдыхала эта… как ее…
— Колыванова Мария Федоровна! — отбарабанил Лебедкин. — Вот где она уже у меня сидит!
— Отдыхала она в «Теремке» в компании подружек, а подружки откуда?
— В какой-то фирме они все вместе работают — не то окна там заказывают, не то кухни, не то мебель встроенную. О, вспомнил, фирма «Фрегат»!
— Так они, может, корабли строят?
— Нет, кухни. Вот у меня тут точно записано.
— А почему тогда название такое — морское?
