Резкий, точно вороний грай, крик разнесся далеко кругом, отражаясь от тихого моря. Ему вторил гортанный клекот меднокожих, заметавшихся по палубе. Сен-Леви отдавал приказы шипящим голосом, и двое тут же прыгнули за борт, другие рассеялись по палубе, следя за водой.
Асфеллот думал, что Сгарди, поплывет прямиком к берегу, вынырнет посреди пути и тем неминуемо себя обнаружит. Кругом были скалы да огромные гранитные валуны – незамеченным не выбраться.
Но Арвельд к берегу не поплыл. Он ушел вниз, на глубину, к каменным корням утеса, под которым стоял «Восток». Там, в тени, глаза Сгарди приметили еле видную расселину в камне.
Трещина оказалась маловата – Арвельд едва втиснулся и теперь держался на воде, которая доходила до подбородка. Головой он касался каменного свода. С трудом повернувшись, Сгарди увидел, что трещина не заканчивалась здесь, а вилась дальше, в каменное нутро утеса. Это был путь, хоть и неизвестно, куда выведет.
Сгарди посмотрел на корабль, откуда отчетливо долетали крики. Славная там завязалась суматоха… Меднокожие прыгали с палубы, без шума и плеска уходили под воду и так долго сидели там, что Сгарди диву давался. Будто и не люди. Пядь за пядью они обшаривали дно, следили за берегом, прекращать, по всему видно, не думали, да и куда им спешить! Не они сидят по самую шею в холодной воде под сводом, который того и гляди обвалится. Тут что-то в темной глубине коснулось его ноги. Мальчик дернул коленом и ушибся о камень.
Арвельд начал забираться вглубь утеса.
Свет позади стал меркнуть, только переливались на сводах блики от воды. Что-то струилось по стенам, капало, шептало, каждый звук гулко отражался в каменной утробе, даже дыхание свое слышать было жутко. И тут он явственно разглядел, что расселина начала сужаться.
Еще немного – и вытянутые руки уперлись в камень. Все. Дальше хода не было. И назад – тоже.
Арвельд закрыл глаза и начал глубоко вдыхать – выдыхать, разогревая грудь, как кузнечные мехи. Потом набрал полные легкие воздуха и нырнул в темную глубину.
…– До сих пор не нашли, – тихо сказал Флойбек, ловя каждый звук на палубе. – Хотя пловцы справные, доложу тебе… Не хуже моего ныряют. А если утонул? Как думаешь?
Гессен сотворил охранный знак.
– Нет. Он спасется… Я знаю.
Давным-давно каменный палец у самого основания раскололо надвое, соленые волны размыли трещину, проложив подводный путь к берегу. Арвельд плыл и плыл этим коридором, но своды все тянулись. Осколок горы далеко пустил свои каменные корневища.
Грудь начинала гореть, и Сгарди чувствовал, как сердце глухо колотилось в висках. Арвельд плыл отчаянными рывками, понимая, что еще немного – и дальше он не сможет. Назад пути уже нет, воздуха не хватит. Кровь шумела в ушах, а грудь готова была вот-вот разорваться, как вдруг толщу воды перед ним пронизал светло-зеленый столп света. Сгарди из последних сил рванулся вперед и сквозь воду разглядел небо над головой.
Пучина вытолкнула его из тьмы, точно поняв, что этой жертвой ее обнесли. Через мгновение Арвельд вынырнул из озерца, запрятанного в каменных глыбах. Он судорожно схватил ртом воздух. Сердце начало успокаиваться. Глотка горела от морской воды. Арвельд подтянулся на руках и выбрался из каменного колодца, расцарапав локти с коленями. Ушиб на ноге саднило.
Сгарди стянул одежду и выжал, осматриваясь по сторонам. Он еще не верил до конца, что проклятый корабль и морская глубь остались позади.
От утеса шла песчаная полоса, усеянная валунами, затем берег поднимался, и почти сразу начинался лес.
– Ну, бывай, – сказал себе Арвельд и, пригибаясь, бесшумной рысью припустил к чаще.
