Но сон ко мне не шёл. Всё оставшееся время я ворочался в кровати и безуспешно гнал от себя ненужные мысли. Когда петух проорал побудку, сна у меня не было ни в одном глазу. Но и чувствовал я себя по этому поводу крайне отвратительно.
Я оделся, сполз вниз и плюхнулся на лавку.
- Бабуль, а можно мне ещё того бальзама, что вы давали?
- Можно, Никитушка, да токмо не увлекался бы ты им, привыкнешь ведь.
Я посмотрел на неё настолько скорбно, что бабка прониклась – безропотно сняла с полки бутылку с бальзамом и от щедрот накапала мне целую столовую ложку. Я молча проглотил. Полегчало.
- Спасибо. А то я так вообще работать не смогу, а мне опять весь день по городу мотаться.
- Ох и незавидная твоя доля, участковый… Ну да ладно, я тебе вона ужо и завтрак собрала.
Она поставила на стол тарелку с горкой блинов, крынку сметаны и баночку мёда.
- Сейчас откушаешь, Никитушка, да и за дела.
- Спасибо, бабуль. Васька ещё не возвращался?
- Нет покуда. Но скоро явится, куда ему деться. Ты кушай, касатик, блинки стынут.
Я кивнул, намазал первый блин сметаной, свернул в треугольник и принялся жевать. Свободная рука как-то сама собой потянулась к блокноту, но Яга выразительно сдвинула брови. Ладно, она права – сначала поем, потом займёмся нашими баранами.
Блины у бабки всегда получались отменными. Не знаю, сколько я съел, но очень уж вкусно. Яга в это время налила нам чай. Его, кстати, она тоже сама делает, да и не всегда это именно чай – иногда травяной сбор, с добавками липы, сушёных ягод, незнакомых трав. Но, что бы она туда ни кидала, эффект всегда один: суматошные мысли затихают, а на смену суете дня приходит умиротворение.
Я сжевал последний блин и усилием воли отодвинул от себя тарелку. Всё, хватит, иначе через пару лет я в двери проходить перестану, буду как наши бояре. От кружки с чаем вился ароматный парок.
- Итак, что мы имеем на сегодня, - я пометил в блокноте дату (29 апреля). Всего неделю я веду это дело – а такое чувство, что ожившие горожане рассекают по Лукошкину минимум месяц. За неделю я настолько морально вымотался, как раньше никогда не бывало. Если это продлится ещё столько же, я сам кукушкой уеду.
- Вредителя заборного допросить, - подсказала бабка.
- Это, конечно, да, но не горит. Бабуль, он уже пойман, пусть пока посидит в порубе. Новых-то случаев всё равно не предвидится, как минимум от мелкого хулиганства город мы спасли. Давайте займёмся более серьёзными вопросами. У Фомы задание есть, обещал к обеду отчитаться. Вы ждёте кота и расшифровываете, что он вам расскажет. Мне нужно знать, как попасть в подвал, я бы хотел это сделать максимум завтра, а лучше сегодня вечером. И кстати, у меня ощущение, что очень скоро нас ждёт приказ перекрыть выходы из города. Прямо в воздухе витает, день-два – и…
- Чутьё? – понимающе кивнула бабка.
- Милицейская интуиция, - поправил я. – И по делу о покойниках мы больше ничего сделать не можем. Ответы нужно искать в подвале. Теперь перейдём к Бодрову. Я наведаюсь на Стекольную площадь, там поспрашиваю, вдруг кто что видел. Да, и ещё… бабуль, у вас есть мысли, как установить, связан ли наш поляк из подвала с поляками Бодрова?
- Дык это… токмо у кучера твоего спросить, видел ли он этого типа где ещё. А иначе как – не ведаю.
- Ладно, это пока просто отметим.
- А Митеньке какое задание дашь, участковый?
- Помните, бабуль, я говорил, что хочу знать, убирал ли отец Кондрат в ближайшее время защиту города.
- Истинно. Пошлёшь Митьку, спросил дабы?
- Я бы послал, но, боюсь, наш олух каждому встречному о своём секретном задании расскажет. А это, как вы понимаете, не тема для обсуждения. Бабуль, я сейчас напишу отцу Кондрату записку, попрошу к нам зайти, Митька отнесёт. Вы ж не собирались никуда сегодня? Сможете поговорить с настоятелем?
- Будь спокоен, Никитушка, поговорю. Всё выспрошу, снимал ли барьеры да для какой цели. Я ж ить понимаю, ты знать хочешь, как в столицу этот тип проник, что в подвалах нам увиделся. О, а вот и Васенька. Заходи, котик мой, всё ли выведал? Как обскажешь мне всю правду – так и сметанкой тебя побалую.
Кот запрыгнул на подоконник и уселся, обвив лапы хвостом. Мяукал он долго, тягуче, бабка кивала – ей всё было понятно. Я же следил за выражением её лица. Судя по всему, кот рассказывал что-то не особо радостное. Когда он закончил, Яга встала, принесла крынку сметаны и поставила перед доблестным разведчиком. Кот довольно зажмурился и принялся есть.
- Ну что, участковый, Васенька всё, как велено было, выведал да доложил обстоятельно. А токмо не так там просто всё. Входов в те подвалы несколько, и не все они при соборе находятся, один под площадью раньше был, ещё два – во дворе государевом, но все они завалены. Не врал тебе Горох, никак туда не попасть. Ходы земляные, очень старые, никто за ними не следит. Им ведь под тыщу лет, Никитушка!
- Не верю. Как-то же наши подозреваемые туда попали.
