– Думаешь, он будет нас преследовать? Особенно тебя…
– Вряд ли. Что ему мешало разделаться со мной прямо там? Не знаю, почему он этого не сделал. Не думаю, что Коли придет за нами, но сидеть и ждать у моря погоды не хочу. Предлагаю запереться на все засовы и лечь спать. Завтра отправим воробьев проверить – что там с фабрикой.
Я надеялся, что Ника и Джагги меня поддержат.
– Наверное, я не успокоюсь, пока не увижу собственными глазами. Хочу сама туда сходить, – заявила Ника.
И Джагги кивнул:
– Я тоже. Лично мне рассказов наших ребят будет недостаточно.
Мы обсудили завтрашний поход и обнялись напоследок, испытывая облегчение и уверенность, что справимся с предстоящими трудностями.
Попрощавшись с друзьями, я направился в комнату, рассчитывая на долгожданный сон.
Наутро мы с Никой отозвали в сторонку шестерых воробьев. Каждого попросили делать перерывы во время смены и останавливаться у фабрики белой отрады, но близко не подходить. В случае опасности – драпать. Мы ждали от них подробных отчетов о состоянии здания.
– Как думаешь, что они обнаружат? – поинтересовалась Ника, оторвав кусок тори и умяв его с волчьим аппетитом.
– Не знаю, – пожал плечами я, – но в глубине души надеюсь, что фабрика выгорела до основания и теперь на ее месте лишь пепел. Понимаю – это невозможно, и все же буду чувствовать себя куда лучше, увидев, что от Коли и его фабрики не осталось даже воспоминания.
После смены свечей нам сообщили, что дом белой отрады и впрямь сгорел дотла. Мы с Никой переглянулись и попросили девочку-воробья повторить.
– Там ничего нет, Ари-
Я остановил ее взмахом руки:
– Не надо ко мне так обращаться. Слушай, расскажи еще раз, подробнее.
Девочка потерла нос рукавом рубахи:
– Там пусто, даже ни одного камня на земле не валяется. Будто дом выгорел, а потом это место аккуратно подмели. – Маленькая Иши, просияв, достала из кармана сложенную тряпицу. – Кстати, я сегодня заработала целых восемь чипов!
Я попытался разделить ее радость, но не слишком преуспел. Впрочем, девочка ничего не заметила.
– Отлично!
Одобрительно похлопав Иши по плечу, я направил ее к Джагги – сдать улов. Как только она отошла, бросил на Нику многозначительный взгляд:
– Ты ей веришь?
– Хочу взглянуть сама, – нахмурилась сестра.
– И я. Давай сходим.
Мы прошли через весь Нежный квартал к тому месту, где вчера стояла фабрика. Вчера стояла – а сегодня от нее не осталось и следа.
Иши говорила правду: здание смело с лица земли, как ветерок уносит кучку пыли. Ни единого обломка, ни одного покрытого сажей камня, ни одного осколка бутылки. Бывшая сыромятня стояла, а дальше – словно ножом отрезали. Будто рядом с ней ничего и не было. Боковая стена сыромятни даже не почернела.
Ни Коли, ни курьеров.
Вообще ничего.
– Не понимаю, – призналась Ника.
– Я тоже…
Мы стояли, глазея на пустое место. Было чисто, но само собой так получиться просто не могло.
Что же случилось? Разве можно снести здание, ничего от него не оставив?
И тут меня осенило:
– Ника, сколько посыльных Коли встретили сегодня наши воробьи? А мы с тобой?
Она заморгала, словно не расслышала вопрос:
– Что?
Я повторил.
Ника еще раз осмотрела чистое пространство и пробормотала:
– Ни одного. О них даже никто не упоминал.
Слышать я слышал, и в то же время разум ее слов не воспринимал. Механически передвигая ноги, словно кукла на ниточках, я вышел в центр площадки. По рукам у меня побежали мурашки, волосы встали дыбом. Попытка провести по земле ладонью ничего не дала: пыль и пыль, будто это место никогда не застраивали. Зачерпнув полную пригоршню, я смотрел, как земля тонким ручейком сочится между пальцами.
– Эй, что вам здесь нужно? – Оклик вывел меня из задумчивости.
Рядом, уставившись на нас, стоял мужчина средних лет. Одет по погоде – в просторную легкую хламиду, свободный конец которой, обмотанный вокруг тела, небрежно свисает через плечо. Когда-то его одежда была белой, однако давно выцвела и утратила первоначальный лоск.
– Что случилось с этим домом? Не знаете, где его владелец, Коли?
Слова выскакивали сами собой, несмотря на мою полнейшую растерянность, – вопросы крутились в голове, только задать их до сих пор было некому.
Прохожий посмотрел на расчищенную площадку, затем перевел взгляд на меня.
– Дома больше нет. Говорят, здесь был пожар. Иногда старые дома сжигают, чтобы освободить место. – Он не сводил с меня глаз, видимо полагая, что я совсем тупой, раз задаю подобные вопросы. – Ни о каком Коли я никогда не слышал. – Он недоуменно махнул рукой.
– Погодите, Коли здесь знают все! Разве вы не встречали на улицах города белоглазых? Кто же, по-вашему, снабжал их белой отрадой?
Прохожий со вздохом закатил глаза и двинулся дальше. Видимо, разговор окончен. Сделав десяток шагов, мужчина обернулся:
