– Не нужно, – покачал головой в отрицании Лир, вновь становясь серьёзным. – Я не могу. Не имею морального права. Моя обязанность тебя охранять и защищать, а не биться за престол императора и твою любовь.
Я его решение приняла с радостью. Мне действительно намного приятнее видеть в нём заботливого брата, нежели претендента в мужья.
Похоже, Лирьен, наконец для себя всё решив, тоже испытал облегчение. Он явно был рад возможности достойно выйти из неоднозначной ситуации, перестать цепляться за иллюзии и ложные надежды. А ещё он наверняка очень боялся, что своим признанием разрушит и наши родственные отношения. Что я отвергну его и как жениха, и как кузена. Теперь же между нами не было недомолвок, с этого момента мы оба точно знали, что нам ждать друг от друга. И это действительно радовало.
– И где моя дочь? Я бросаю наших гостей-лорепиан, спешу из космопорта во дворец, оставляю свои вещи неразобранными, откладываю завтрак, не захожу к императору, не узнаю свежие сплетни от придворных, а она ещё спит? Альма! Вставай, засоня, я тебе столько рассказать должна! И показать тоже!
Речь родительницы донеслась до моего сознания сквозь чуткий утренний сон, и потому проснулась я быстро. Кажется, шуметь она начала чуть ли не в самом низу лестницы, потому что поначалу голос звучал тихо, постепенно становясь громче, да и такой впечатляющий монолог можно было произнести только за время подъёма. Последние слова она говорила, уже когда её рука отодвинула прикрывающую вход занавеску.
– Мама!
В одно мгновение скинув одеяло, я стремительно спрыгнула с кровати, бросаясь ей навстречу. Оказавшись в её объятиях, замерла, упиваясь почти забытыми за эти полгода, но такими нужными мне ощущениями заботы, внимания и душевного тепла. Наслаждаясь тем, как ласковые руки гладят по голове, как часто бьётся сердце в груди, к которой я прижалась, как губы шепчут:
– Девочка моя, как же я соскучилась! Всё это время жалела, что не могла взять тебя с собой, что не сказала правды, что нужно было вместе выбирать женихов… Всё хорошо? Тебя никто не обидел?
Из её голоса исчез тот задор путешественницы и командный тон королевы, который она явно напоказ демонстрировала, когда пришла в мой кристалл. Теперь она была привычной, домашней, той мамой, которая баюкала меня на руках и утешала, когда было тяжело. И, судя по последней фразе, в этот момент она сама напрочь забыла, что я уже не маленькая девочка, не способная к самостоятельному существованию.
А может, она сказала это нарочно?
– Я сама кого хочешь обижу, – хихикнула я, отстраняясь. Увидев смешливые искорки в серебристых глазах, уже не сдерживаясь рассмеялась: ну точно нарочно!
– Как же хорошо дома… – Отпустив мои плечи и взяв за руку, мама потянула меня к диванчику. Присев, обежала глазами комнату, потом перевела взгляд на меня, удивлённо подняла брови и пожурила:
– Ты забыла убрать эффект трансформации.
– Нет… Я точно его снимала… – ничуть не меньше поразилась я, сосредоточиваясь на коже и мышцах лица, которые действительно шевельнулись, стремясь вернуться к исходному облику.
– Теперь да, – оценив изменения, подтвердила мама. – А до этого…
– Способность сработала ночью спонтанно? – заволновалась я.
– Видимо, так. Ещё один сбой? Это же не первый раз? – Мама сокрушённо покачала головой, когда я кивнула. – Я надеялась, у тебя таких проблем не возникнет. Думала, когда ты получишь последнюю способность, которая достанется тебе от отца, всё соединится воедино… Не вышло… – она тяжело вздохнула.
– Неужели у всех наследниц так было? – обеспокоилась я.
– Да, – невесело улыбнулась мама. – И чем больше накапливалось способностей, тем сильнее проявлялось это противоборство. После наступления совершеннолетия все мы в этом убеждались, начиная применять их в полной мере. Так что не вини себя и не считай неправильной. Так распорядилась судьба, нам остаётся лишь быть терпеливыми.
– Я не жалуюсь. Просто испугалась, будто я одна такая неумеха уродилась. А почему ты мне раньше не рассказала? Хоть бы предупредила…
– Если империанин чего-то опасается, это чаще всего в итоге с ним и происходит. Я не хотела посеять в тебе страх и неуверенность… невольно спровоцировать…
– Тебе бабушка до твоего совершеннолетия рассказала о проблеме наследниц? Поэтому ты чувствовала неуверенность?
– Да, так. Мне было пятнадцать, когда я узнала. И каждый раз, используя какую-нибудь способность, я только и думала, что вот-вот она сработает неправильно. Разве после этого я могла обречь тебя на такие же муки? Пусть даже я напрасно верила, что оберегаю тебя от ошибки, но ты хотя бы все эти годы прожила спокойно.
– Ладно, – сообразив, что тему мы затронули сложную и грустную, я решила отложить её до лучших времён. – Не терпится узнать, как ты съездила.
