Первая ночь полностью

Как только ты ушла из мастерской, я вернулся домой, раскрыл отложенные много лет назад книги и записи и просмотрел их. Тебе известно мое маниакальное пристрастие к порядку; в моем кабинете, где мы провели немало счастливых часов, все классифицировано и расставлено по порядку. В одном из блокнотов я наткнулся на фамилию человека, чьи исследования могут быть тебе полезны. Он всю жизнь изучал крупные миграции народонаселения, написал много работ об азианических народах, но почти не публиковался, довольствуясь чтением лекций перед избранной аудиторией. На одну из таких встреч с ним мне повезло попасть. Он тоже высказывал новаторские идеи относительно перемещений первых цивилизаций Средиземноморского бассейна. У него было немало противников, но кто их не имеет в нашем-то деле? Собратья археологи очень завистливы. Человек, о котором я пишу, настоящий эрудит, и я бесконечно его уважаю. Встреться с ним, Кейра. Я знаю, что он переехал на Елл, маленький островок Шетландского архипелага, в северной части Шотландии. Кажется, он живет затворником и ни с кем не желает говорить о своих работах, поскольку обижен на весь свет. Будем надеяться на твое обаяние.

Очень может быть, что открытие, о котором ты так давно мечтаешь, собираясь назвать его своим именем, находится на расстоянии вытянутой руки. Я в тебя верю, ты своего добьешься.

Желаю удачи,

Макс.

Кейра сложила письмо, убрала его в конверт, встала, сложила посуду в раковину и пустила воду.

– Сварить тебе кофе? – не оборачиваясь спросила она.

Я не ответил.

– Мне очень жаль, Эдриен.

– Ты сожалеешь, что этот человек все еще в тебя влюблен?

– Не об этом, а о том, что он обо мне говорит.

– Ты не узнаешь себя в описанной им женщине?

– Не знаю, уже нет, но искренность тона доказывает, что доля истины в его словах есть.

– Его главная претензия заключается в том, что тебе якобы легче причинить боль любящему тебя человеку, чем измениться самой.

– Ты тоже считаешь меня эгоисткой?

– Письмо написал не я. Но продолжать жить, убеждая себя, что, раз у тебя все хорошо, значит, и у другого все рано или поздно тоже будет хорошо, подловато. Ты антрополог, и не мне объяснять тебе, насколько силен в человеке инстинкт выживания.

– Цинизм тебе не идет.

– Я англичанин, у меня это в крови. Сменим тему, если хочешь. Я отправляюсь в турагентство, прогуляюсь, подышу воздухом. Ты ведь хочешь поехать на Елл?

Кейра решила пойти со мной. В агентстве мы спланировали маршрут: Глазго, в аэропорт Самбург на Мейнленде, главном острове Шетландского архипелага, оттуда паромом на Елл.

Забрав билеты, мы отправились прогуляться по Кинз-роуд. У меня есть свои пристрастия, я люблю пройтись по широкой торговой улице до Сидни-стрит, а потом побродить по Фермерскому рынку Челси. Именно там мы назначили встречу Уолтеру.

Нагуляв аппетит, мы сели за столик, долго изучали меню, потом заказали по двухэтажному гамбургеру, и Уолтер шепнул мне на ухо:

– Академия передала мне для вас чек, жалованье за полгода.

– В честь чего? – удивился я.

– А вот это плохая новость. Учитывая ваши частые отлучки, ваша должность станет номинальной, вас выводят за штат.

– Я уволен?

– Не совсем. Я защищал вас как мог, но бюджет Академии пересматривают, и административный совет вынужден сокращать бесполезные траты.

– Значит, я, по мнению совета, «бесполезная трата»?

– Да члены административного совета вас даже в лицо не знают, после возвращения из Чили вы не показывались в Академии, Эдриен.

Уолтер еще больше помрачнел.

– В чем дело?

– Меня попросили собрать ваши вещи – кабинет надо освободить к следующей неделе.

– Они уже нашли мне замену?