Поднявшись наверх, мы увидели крепкую деревянную дверь с тяжелыми железными засовами. Помощник Вакерса повернул две большие ручки, и щелкнул язычок замка. Мы оказались в вестибюле, на первом этаже дворца. На белом мраморе пола были выгравированы три огромные карты. Первая изображала Западное полушарие, вторая – Восточное, третья, на редкость точная, – звездное небо. Я подошел, чтобы разглядеть ее поближе. У меня еще никогда не было возможности одним махом преодолеть расстояние от Кассиопеи до Андромеды, и прыгать из одной галактики в другую оказалось весьма забавно. Кейра кашлянула, призывая меня к порядку. Айвори и наш провожатый смотрели на меня с немым укором.
– Сюда, – сказал мужчина в темном костюме.
Он открыл еще одну дверь, и мы спустились по лестнице в подвалы дворца. Когда глаза привыкли к полумраку, мы увидели паутину мостиков над водой подземного канала.
– Мы под центральным залом, смотрите под ноги, вода ледяная, а глубина мне неизвестна.
Он подошел к балке и нажал на крепежный ключ из кованого железа. Две доски повернулись, открыв путь к противоположной стене. Только подойдя совсем близко, можно было заметить маленькую, скрытую в камне, невидимую в темноте дверь. Секретарь Вакерса впустил нас в комнату. Зажег свет. Всю обстановку составляли металлический стол и кресло. К стене был прикреплен плоский экран, на столе стоял компьютер.
– Больше ничем помочь не могу, – сказал наш провожатый. – Сами видите, ничего особенного тут нет.
Кейра включила компьютер, экран зажегся.
– Тут защищенный доступ, – доложила Кейра.
Айвори вынул из кармана листок и протянул ей:
– Попробуйте вот этот пароль. Я украл его, когда мы играли в шахматы у Вакерса дома.
Кейра набрала слово, нажала на ввод и вошла.
– Что дальше? – спросила она.
– Понятия не имею, – ответил Айвори. – Проверьте информацию на жестком диске. Возможно, там найдется нечто, что приведет нас к фрагменту.
– Жесткий диск пуст, осталась только программа для связи. Этот компьютер был предназначен исключительно для видеоконференций. Над экраном есть маленькая видеокамера.
– Быть того не может, – вскипел Айвори, – ищите, я уверен, что ключ к загадке где-то там.
– Мне жаль вас огорчать, но там совершенно пусто!
– Вернитесь к началу и скопируйте посвящение: «Я знаю, эта книга Вам понравится, ибо она не имеет недостатков и в ней есть все, даже свидетельство нашей дружбы. Ваш верный шахматный партнер Вакерс».
На экране высветилась надпись «в доступе отказано».
– Здесь что-то не так, – сказала Кейра, – сами посмотрите: диск пуст, но объем наполовину загружен, значит, есть скрытый файл. Может, есть другой пароль?
– Ничего не приходит в голову, – пожаловался Айвори.
Кейра взглянула на старого профессора и набрала на клавиатуре слово «Айвори». На экране открылось новое окно.
– Думаю, я нашла свидетельство дружбы, о котором он говорил, но нам нужен еще один пароль.
– У меня его нет, – вздохнул Айвори.
– Ищите, думайте, что вас связывало.
– У нас было так много общего. Как тут выберешь? Попробуйте «Шахматы».
Снова мимо.
– Пробуйте еще, – приказала Кейра, – нужно нечто более сложное, что-то, о чем могли бы догадаться лишь вы двое.
Айвори принялся ходить по комнате за нашими спинами, что-то бормоча себе под нос.
– Была одна партия, которую мы разыгрывали сотню раз…
– Какая партия? – спросил я.
– Знаменитый поединок, в котором сошлись два великих игрока XVIII века Франсуа Андре Даникан Филидор и капитан Смит. Думаю, Филидор был величайшим гроссмейстером своего времени. Он написал книгу «Анализ шахматной игры», которая долго считалась хрестоматийной. Попробуйте ввести его имя.
Увы, мы снова не получили доступа.
– Расскажите мне об этом Филидоре, – попросила Кейра.
– До переезда в Англию он играл во Франции, в кафе «Ла Режанс», где встречались крупнейшие шахматисты тех лет.
Кейра напечатала «Режанс», потом «кафе де ла Режанс»… ничего не произошло.
– Он был учеником Легаля де Кермюра, – продолжил Айвори.
Кейра ввела слов «Кермюр», но успеха не добилась.
Внезапно Айвори вскинул голову:
– Филидор стал знаменит, победив сирийца Филиппа Стамму, нет, постойте, настоящая слава пришла к нему, когда он победил на турнире, где играл с закрытыми глазами одновременно на трех досках против трех противников. Этот подвиг Филидор совершил в Шахматном клубе на Сент-Джеймс-стрит в Лондоне.
Кейра напечатала «Сент-Джеймс-стрит» – ничего.
– Возможно, мы пошли по ложному пути и нам следует обратить внимание на капитана Смита? Или, например, не знаю… Назовите мне даты жизни этого вашего Филидора.
– Вряд ли я смогу, нас с Вакерсом интересовала исключительно его шахматная карьера.
– Когда точно состоялась знаменитая игра между капитаном Смитом и его приятелем Филидором? – спросил я.
– 13 марта 1790 года.
Кейра ввела последовательность цифр «13031790», и мы онемели от изумления. На экране появилась странная астрономическая карта. Судя по степени точности и ошибкам, я мог датировать ее XVII или XVIII веком.
– Невероятно! – воскликнул Айвори.
– Гравюра восхитительная, – согласилась Кейра, – но она не указывает местоположение того, что мы ищем.
