— Очень приятно. Весьма подходящее имя для твоего образа. А меня и правда Андреем.
Бегемот или, точнее, Василий хохотнул, и мы двинулись дальше. Впереди нас ждала очередная развилка, после которой должно было появиться очередное испытание. На этот раз, мы уже не надеялись на вещий камень или другую помощь Холмса. То, что сработало однажды, вряд ли сработает повторно. На развилке мы решили, что не будем долго выбирать и вновь пошли направо.
Затем мы упёрлись в стену, на которой тускло светился зелёный треугольник, единственный поворот вёл направо. Пройдя ещё несколько метров, мы вновь упёрлись в стену. На этот раз на ней светился красный круг, но, как и в прошлый раз, единственный проход снова поворачивал наш путь направо. Пройдя ещё несколько поворотов направо, мы поняли, что лабиринт водит нас по кругу. Никаких других поворотов не было, только направо, бесконечное количество раз.
— Кажется, мы попали в какую-то петлю. Идём обратно?
— Давай попробуем. Других поворотов всё равно не было, поэтому мы должны вернуться обратно к развилке. Может быть, эта область глючная. Я не думаю, что лабиринт кто-то активно поддерживал.
Мы двинулись в обратном направлении, но каково же было наше изумление, когда мы вновь упёрлись в поворот, который вёл только в одну сторону — направо!
— Я могу поклясться, что мы после развилки ни разу не поворачивали налево. А теперь мы повернули в обратном направлении и лабиринт вновь ведёт нас направо. Чертовщина какая-то.
Я задумчиво встал на очередном повороте и глянул поочерёдно в одну, а потом в другую сторону.
— Стой. Это и есть испытание. Судя по всему, мы должны что-то сделать, чтобы разорвать петлю, пойдём туда, куда шли изначально, мне кажется, я заметил какие-то знаки на стене.
— Точно! Я тоже обратил на них внимание. Думаю, ты прав.
— Ты не запомнил знаки на стенах?
— Нет. Давай по новой.
Мы пошли в изначальном направлении. На стене перед нами появился зелёный треугольник. Затем, мы повернули направо, прошли несколько метров и увидели красный круг. Пройдя ещё несколько метров, на стене вновь появился зелёный треугольник.
— А вот и петля! Думаю, сейчас нам нужно повернуть обратно и посмотреть, что будет на стене.
Мы вернулись обратно и увидели на стене красный круг. После очередного поворота направо, на стене загорелся синий крест. Затем снова красный круг.
— Снова петля, обратно!
Мы побежали лёгким бегом, поскольку испытание нам немного поднадоело. Мы вновь увидели синий крест, повернули — розовый квадрат, снова синий крест.
— Обратно!
Розовый квадрат, поворот и…
— Победа! Чёрт, у меня уже голова закружилась. Сколько времени прошло?!
— Не знаю, не успел засечь, но, кажется, не так уж много.
Громкая пафосная речь даже не успела начаться, оборвавшись на полуслове.
— Третье испытание, товарищи! Вот это скорость! Ещё никто не проходил Кносс так быстро!
— Марко, хватит! Мы прошли три испытания, давай встретимся, поговорим. Чего тебе от меня нужно?
— Три из пяти. Впереди вас ждёт много всего интересного. Но, так и быть, я дам тебе подсказку. Возможно, она натолкнёт тебя на размышления. Ты совсем-совсем ничего не помнишь? Какое твоё самое первое воспоминание?
— Я и Фёдор Геннадьевич начали очередное испытание нагнетателя неделю назад, как и два последних месяца. Каждый день я приходил на работу, Фёдор Геннадьевич вводил очередную порцию входных данных, нагнетатель начинал работать, а потом глох, не хватало мощности.
— Интересный выбор… Первая же проекция и такое попадание.
— Попадание куда? Зачем?
— Неважно. А что было до этого? Вообще ничего? Никаких воспоминаний? Больница, три койки? Мы с тобой стоим рядом?
— О чём ты, я тебя никогда не встречал?
— Да, неужели? А если очень хорошо попытаться?
Несмотря на явные насмешки, его слова о больнице затронули какие-то струнки в моей душе. Перед глазами замелькали какие-то смутные воспоминания. Почему я потерял память и что нужно Марко Поло от нас?
— Марко. Чего ты хочешь добиться? Что тебе от нас нужно?
— Совершенно ничего, в том-то всё и дело. Вы мне только мешаете! И моя задача — вас остановить, во что бы то ни стало! Чокнутая группа учёных, которая возомнила себя спасителями вселенных. Ни черта не смыслящая!
Внезапно, голос Марко Поло прервался. Бегемот вновь задумчиво посмотрел в мою сторону.
— Нагнетатель, говоришь?
— Да, нагнетатель. А что?
— А что вы с ним хотите сделать?
— В этом мире ничего. Всё равно не выйдет. На нём весь Оплот зиждется, вряд ли нам кто-то позволит его остановить.
— Это точно… А если бы могли?
Я решил сказать правду.
— Уничтожили бы без промедления. Судя по тому, что я видел в других мирах и той информации, которую до меня успели донести, после запуска нагнетателя на двадцатипятипроцентную мощность у проекции остаётся около двух с половиной месяцев. Восемьдесят дней, если быть точнее. Что произойдёт после этого, я понятия не имею.
Бегемот почесал свой подбородок.
— Интересный поворот событий. А когда у нас это произойдёт?
