Существо шумно втянуло воздух, а затем направилось в мою сторону. Я весь покрылся потом от страха, понимая, что с такой бестией мне никак не справиться, тем более с таким небольшим мечом. Внезапно, колонна, за которой я прятался разлетелась в дребезги, от мощного удара минотавра. Он рассёк её играючи, но мне повезло, поскольку удар прошёл чуть выше моей головы. Я кинулся в сторону другой колонны, пытаясь спрятаться от разъярённого монстра. Тот громко ревел, снова потеряв меня из виду и вдыхая воздух. Надолго мне колонн не хватит, я глянул на пейджер и увидел, что загрузилось всего тридцать пять процентов. Минотавр, тем временем, направился в сторону Эдика.
Нужно было что-то придумывать, я не нашёл ничего лучше, кроме как сорвать висящий на колонне факел и кинуть в сторону чудовища. Факел ударился об его спину, абсолютно не причинив никакого вреда, но своё дело сделал — минотавр обратил на меня внимание и громко взвыл, после чего кинулся в мою сторону. Я прыгнул за следующую колонну, а минотавр, врезавшись в мою, получил мощный удар свалившимися на него камнями. Кажется, я нашёл рабочую схему! Минотавр оправился от удара по голове, вновь начал вдыхать воздух. Я не стал дожидаться, когда он снова почувствует меня или Эдика, поэтому кинул факел в его сторону заранее. Почувствовав удар, чудовище вновь рвануло в мою сторону. Но на этот раз успело остановиться прямо перед колонной. Я не удержался от комментария.
— Да ты самообучаемый! С ума сойти!
Минотавр повернулся в мою сторону, я понял, что совершил ошибку и кинулся вниз, ожидая нового удара. Но его не последовало. Вместо этого я услышал громкий басовитый голос.
— А ты думал! За годы бездействия, мне ничего другого делать не оставалось, кроме как анализировать последствия моих дуэлей с игроками.
У меня просто отвисла челюсть. Я отпустил меч и тот грохнулся на пол, зазвенев на всю округу.
— С ума сойти. Искусственный интеллект.
Минотавр тоже опустил секиру — видно было, что он не собирался нападать на меня.
— Можно и так сказать. Но данный термин морально устарел и присущ больше неразумным системам или системам с недостаточно развитым самосознанием. Я же полностью осознаю себя и способен отличить свою индивидуальность от миллионов других индивидуальностей, присутствующих в оплоте. Мне больше нравится называть себя искусственным разумом. А интеллект — это больше про нейросети, генераторы и другие подобные игрушки, которым баловалось человечество лет двадцать назад.
— Невероятно. А ты являешься частью Оплота?
Минотавр задумался, опёршись на секиру.
— Несомненно. Но Оплот — это самосознание более высокого уровня. Оплот разумен сам по себе и его не интересуют собственные подсистемы, хоть мы и являемся его частью. Главное — чтобы мы работали исправно и исполняли ту роль, на которую назначены. Поэтому я навсегда заперт в этом лабиринте и вынужден воевать с очередными героями, которые решили покорить мой лабиринт. Вот только игроков в последнее время вообще нет. Поскольку моя локация — это достаточно замкнутая система, я не могу получить информацию извне о причине такого поведения. Скажи, Андрей, Оплот закрывается?
— Нет. Оплот живёт и здравствует, но твоя локация является устаревшей. Боюсь, в ближайшее время, игроков не будет. К сожалению, у меня осталось мало времени — скоро я отправлюсь отсюда обратно. Но я постараюсь сделать всё, что в моих силах, чтобы игроки добились возвращения лабиринта в основные локации.
— О, это было бы прекрасно. Ты знаешь, что ты первый игрок, с которым я заговорил?
— Нет, но я очень польщён.
— Что-то в твоём аватаре заставило меня завести разговор. Твой слепок сознания содержит части кода, совершенно не присущие другим пользователям Оплота. Ты знаешь причину таких функциональных изменений? Я вижу некоторое сходство с аватарами, которые потеряли связь со своим органическим носителем. Но твоё сознание не мертво.
— Нет, что ты, я живой. Просто из другого мира. Вообще не отсюда и не извне Оплота. А гораздо дальше. Из другой вселенной. Или, как выражается мой товарищ, из другой проекции вселенной.
— Я даже в самом Оплоте никогда не бывал. А ты мало того, что не из него, так ещё и откуда-то совсем издалека. Удивительные слова ты говоришь. Непостижимые моему самосознанию. Но те крупицы информации, которые я способен уловить в проходящих неподалёку потоках, позволяют в достаточной мере корректно анализировать семантику твоих утверждений.
Слова минотавра отдавали какой-то безмерной печалью. Пейджер запищал, возвещая о близости завершения загрузки.
— Мне пора! Я расскажу своему товарищу из Оплота о тебе.
— Спасибо, Андрей…
Слова минотавра утонули в рёве ветра, который появился вокруг из ниоткуда. А затем, я, вместе с Эдиком оказался а Антхилле. Ко мне уже бежал Василий, радостно размахивая руками. Всё напряжение, как рукой сняло, но в достаточной мере, я не успел этому порадоваться. На главных часах центрального хаба стояло время — пол двенадцатого. У нас было всего тридцать минут, чтобы вытащить Эдика и меня из Оплота.
