Ребята не отвечают.
Вторая девочка. Тогда пойдем к попугаям. Там есть один очень образованный. Разговаривает на трех языках.
Первая девочка. Наверное, ругается неприличными словами…
Вторая девочка
Наташа. Да. А что?
Вторая девочка
Вадим. А на чем вам расписаться?
Первая девочка. На чем-нибудь.
Вадим. На чем-нибудь мы не расписываемся.
Вторая девочка. Ой! А вы еще тут посидите? Мы сейчас в киоске купим открытки, и вы на них распишетесь.
Девочки убегают.
Наташа
Все поднимаются.
Федя. Вы поняли, что я сказал? Я не могу лететь. И не могу сказать почему. Не имею права…
Все уходят. Проснувшийся лев громко рычит.
Гаснет свет.
ВТОРАЯ
ИНТЕРМЕДИЯ
Девочки прохаживаются по авансцене.
Первая девочка
Вторая девочка. Он может нам отказать. А без его подписи наша коллекция будет намного беднее.
Первая девочка. Я с тобой согласна. Нам необходимо собрать автографы всех людей, которые так или иначе связаны с этим выдающимся полетом. Двадцать подписей у нас уже есть. Даже академик Артамонов и тот исписал целую страницу.
Вторая девочка. Я думаю, можно взять автограф даже у вахтера, который пропускает в Главное управление. Я с ним разговорилась, и он сказал, что каждый день лично их пропускает. Тоже как-никак живой свидетель.
Первая девочка. Это будет уникальный подбор автографов.
Вторая девочка. Только бы нам его не пропустить. И пусть распишется на чистой страничке. Отдельно от всех. Как ты ему скажешь?
Первая девочка
Вторая девочка. Это очень длинно. По-моему, чем проще, тем лучше. Ты можешь даже не успеть все это выпалить, как он пройдет мимо.
Первая девочка. А ты что предлагаешь?
Вторая девочка. Ему же не в первый раз давать автографы. Надо его остановить — это во-первых, а во-вторых… Идет!
Появляется Титов. Девочки идут ему навстречу. Они явно робеют. Титов молча протягивает руку к записным книжкам подруг и, ни слова не произнося, расписывается в них. Молча уходит. Девочки, недоумевая, смотрят ему вслед.
Шестая картина
Обстановка второй картины. Титов и Павловский ведут беседу.
Павловский. Стало быть, Герман Степанович, ребята и это испытание выдержали?
Титов. И причем с отличными показателями. Вот, взгляните на их электроэнцефалограммы. (Показывает, поясняет.) Вспыхнул сигнал тревоги, ребята реагируют на сигнал опасности — кривая взметнулась. Опасность ликвидирована — альфа-ритм успокаивается. Понятно?
Павловский. Да, да, понятно.
Титов. А теперь посмотрите на эти записи. Что вы видите? В них отражены эмоции наших ребят. Наташа реагировала на сигналы тревоги более активно, чем ее товарищи. Однако самообладания не теряла. Вадим — сдержан, решителен. Федор Дружинин, я бы сказал, более чем спокоен. Его нервное и психическое состояние в критический момент не соответствует раздражителю. Сердечный ритм ни разу не нарушался… Какой-то феномен! Итак, последний, наиболее щепетильный эксперимент завершен. Пионерский экипаж готов к длительному полету в космос.
Павловский. Мы очень рады. Горком комсомола придает этой экспедиции большое значение. Кстати, ребята должны доставить на Марс почетные грамоты ЦК ВЛКСМ строителям Марсианска.
Титов
Павловский
Титов
Павловский. Еще бы! Мечта! Но, к сожалению, вряд ли осуществима. Я лично такого конкурса бы не выдержал, а специальность у меня самая немарсианская: я по образованию ветеринар.
Титов. Простите, вы какого года рождения?
Павловский. 1970-го. Родился в год столетия великого Ленина.