Сам Адольф Гитлер в действительности даже не посетил воссоединение, точно так же, как он всё менее часто посещал Мюнхен, предпочитая проводить время в своём альпийском убежище рядом с Зальцбургом. Оттуда он будет фантазировать о замещении Мюнхена, который часто оказывал ему холодный приём – города старомодного, элегантного девятнадцатого века, зданий в стиле ар-деко, и города, где не далее как в 1927 году партия вынуждена была объединить несколько местных отделений из-за отсутствия членов, – Мюнхеном его мечты, городом холодных, монументальных зданий. Ближайшие товарищи Гитлера хорошо знали причину, почему Гитлер не посетил встречу. Это было потому, что даже в 1934 году лишь немного ветеранов 16‑го полка поддерживали его. Бывший посыльный полкового штаба поэтому не осмеливался встретиться лицом к лицу с членами своего полка. Как написала Вайсу жена одного из товарищей Гитлера и Якла Вайса по временам войны на следующий день после встречи: "Я надеюсь, что вскоре наступит день, когда Гитлер сможет стоять со своими преданными товарищами. Моё сердце обливается кровью, что всё ещё есть товарищи, у которых отсутствует священное внутреннее убеждение в том, что будущее – с Гитлером. Вот почему Гитлер не может посещать [встречи полка Листа]. Я понимаю всё это, даже несмотря на то, что я всего лишь женщина".
Между тем нацистская пропаганда приукрасила отсутствие Гитлера тем, что просто воспроизвела в
Решение Гитлера уклониться от события объясняет, почему через год после захвата им власти нацистская пропаганда всё ещё ощущала необходимость выставлять шараду о роли полка Листа в "сотворении" Гитлера. Причиной этого было то, что даже когда ефрейтор Гитлер стал рейхсканцлером в 1933 году, он всё ещё не мог быть уверен в поддержке не только своих товарищей солдат из 16‑го полка, но и немцев в целом. Власть Гитлера, по меньшей мере в глазах современников, на самом деле вначале виделась стоящей на зыбкой почве.
Было неясно, будут ли продолжать поддерживать Гитлера немцы, которые голосовали за него на национальных выборах в ноябре 1932 года. В конце концов, лишь четырьмя годами ранее 97 из 100 немцев не голосовали за него. Даже осенью 1932 года 2 из 3 немцев всё ещё не поддержали национал-социалистов. Более того, до смерти Пауля фон Гинденбурга в 1934 году Гитлер не был даже формально лидером Германии и в теории мог быть смещён. В 1933 году многие немцы не ожидали, что бывший посыльный из полка Листа останется на этом посту. Например, Виктор Клемперер, еврейский профессор в Дрездене, отметил в своём дневнике в июле 1933 года, что даже несмотря на то, что положение Гитлера в настоящий момент сильно, его политический режим был "абсолютно не-немецким и следовательно не будет иметь какой-либо длительности". В следующем месяце он записал: "Я просто не могу поверить, что настроение масс действительно всё ещё за Гитлера. Слишком много признаков обратного".
Для того, чтобы консолидировать свою власть, Гитлер приступил к тройной стратегии. Это включало безжалостное использование насилия по отношению к политическим противникам и даже ко многим консерваторам, которые помогли нацистам прийти к власти в надежде использовать Гитлера как средство продвижения своих собственных целей. Далее, ведение политики, которая обращалась за пределы основного электората нацистов, фокусируясь на борьбе с безработицей и на "отмене" Версальских соглашений. И наконец, продолжение пропаганды
Как написал Гюнтер д'Алкин, один из главных нацистских пропагандистов, в статье "Фронтовик Гитлер", опубликованной в газете
***