– Конечно, – киваю я, но сперва мне приходится подумать, с чего начать. В конце концов, не могу же я рассказать Шарлотте и её адвокату о необыкновенной способности Рори. Как и о том, что он не уловил никаких сигналов от сейфа. И о его ощущении, что что-то не так с картиной. И поэтому я говорю: – Я опросила всех, кто был дома на момент кражи. У Ланы Берг алиби, которое подтверждает полиция. Дориан утверждает, что лежал в постели. А Торвальд, по его словам, работал на кухне, а потом убирал ванную комнату. Их алиби никакие свидетели подтвердить не могут. Но… Шарлотта, не могла бы ты ещё что-нибудь рассказать о Дориане и твоих работниках? Возможно, это нам поможет. Всё, что тебе вспомнится: их странности и особенности. Что-то необычное, что ты в них замечала. То, что тебе известно об их прошлом. Давай начнём с твоего двоюродного брата.
Глядя на меня своими карими косульими глазами, Шарлотта робко улыбается:
– Дориан уже ребёнком прекрасно умел создавать хаос. В одиннадцать лет он спровоцировал крупную операцию с участием полиции, отправившись на велосипеде по автобану. В шестнадцать вылетел из интерната, после того как спрятался и случайно поджёг спортивный зал. А два года назад его арестовали на предполётном досмотре в аэропорту, потому что он счёл остроумным надеть футболку с надписью «Я в бомбическом настроении!».
– Прелестный мальчуган, – со вздохом комментирую я и спрашиваю:
– И ему удалось моментально профукать всё своё наследство? На вино, подружек и машины?
– Да, – подтверждает Шарлотта. – У него больше нет ни гроша. Поэтому он и живёт здесь. Временно. Пока он… пока не найдёт работу.
– Временно! – злобно фыркает Геральд Шедель. – Ты действительно слишком хороша для этого мира, Шарлотта. Твой братец – жалкий дармоед. Можно подумать, он всерьёз станет искать работу… Если ты не будешь начеку, он останется тут до второго пришествия.
– Ах, Герд… – с улыбкой говорит Шарлотта. – Я знаю, что Дориан разгильдяй. Но человек он неплохой. Он… Он ещё не нашёл своего места в жизни.
– Вчера вечером мы наблюдали, как он дрался, – говорю я. – И как его противник сломал ему нос. Дориан утверждал, что причиной драки были долги. Звучит убедительно, если учесть, что он на мели. Но у меня ощущение, что на самом деле тут что-то другое.
– Драка? – удивлённо откликается Шарлотта. – Мне он сказал, что сломал нос, когда неудачно упал, поскользнувшись на льду.
– Говорю же, – ворчит Геральд Шедель, – твой братец врёт как дышит. Ни одному его слову верить нельзя.
– Возможно, на самом деле он дрался из-за какой-нибудь женщины, – предполагает Шарлотта. – Я ведь уже рассказывала, что Дориан часто меняет подруг. Может, бывший парень какой-то из них оказался ревнивым?
– У типа, который его отдубасил, огромные усы, как у моржа, – докладываю я. – Ты здесь встречала кого-нибудь похожего?
Наследница сосредоточенно вспоминает:
– Человека с моржовыми усами? За последние несколько недель я такого и правда нередко видела. Он ошивался возле нашего участка. Я решила, что это фотограф из какой-нибудь газеты. Они сюда частенько наведываются. Щёлкают любое живое существо мужского рода, которое заходит на участок, даже если это всего лишь курьер или сантехник. А на следующий день на первой полосе появляется крупный заголовок: «Это бойфренд Шарлотты Шпрудель?» или «Эксклюзивные фотографии: тайный любовник наследницы миллиардного состояния». Притом что… – Шарлота, покраснев, бросает беглый робкий взгляд на Рори, – притом что у меня вообще нет никакого возлюбленного.
Сыщик, судорожно сглотнув, почёсывает шею и в смущении разглядывает носки своих ботинок, в то время как Доктор Херкенрат, нахально задрав голову, косится на Шарлотту, словно спрашивая: «А как насчёт меня?»
– Давай перейдём к Лане Берг, – продолжаю я. – Как давно она у тебя работает? Что ты о ней знаешь?
Не дав наследнице ответить, Геральд Шедель разъярённо шипит:
– Она коварная гадина – больше о ней и знать ничего не нужно! И почему на этой женщине постоянно чёрные одежды? Она всегда выглядит так, словно собралась на похороны. И это нашествие прессы у ворот, – он гневно тычет в окно, – этим ты обязана ей, Шарлотта. Не сомневаюсь!
Шарлотте, кажется, несколько неловко за такую вспышку эмоций своего адвоката.
– Геральд невысокого мнения о Лане, – с извиняющейся улыбкой шепчет она.
– У нас нет доказательств, что прессу известила именно она, – робко включается в разговор Рори и подчёркивает: – Не удивлюсь… э-э-э… если это сделал комиссар Фалько. Он… Ему нравится видеть своё лицо на первых полосах и в новостях.
