— Можешь остаться, — неожиданно произнес он, — но только в том случае, если будешь строго следовать правилам моего дома, Миринда Орейга! Здесь запрещено пользоваться магией. Мне наплевать на твой дар, но если я узнаю… Если до меня дойдет, что ты нарушила это правило, то я сделаю все, чтобы тебя лишили магии. И вот тогда посмотрим, каким образом ты сможешь себя прокормить. Бордель — отличное место для таких, как ты!
Затем повернулся, уселся во главе стола и спокойным голосом приказал подавать ужин.
Подавленная и приниженная, я уселась на мягкий стул с зеленой обивкой, не обращая внимания на изысканные блюда, которые принялись подавать нам лакеи.
Едва прислушиваясь к тому, что говорил лорд Вейр, я прятала лицо за завитыми локонами прически, время от времени ловя на себе заинтересованные взгляды сводного брата.
Размышляла о том, уж не встать ли мне сию секунду, затем попрощаться с мамой — лорд Вейр, несомненно, даже не заметит моего ухода, — затем отыскать свою старую одежду и отправиться в «Веселую Вдову», единственное место, в котором я нашла свободную комнату на ночь.
Но вдова-трактирщица и правда была веселой, а гости ее заведения приняли меня за очередную «девочку» для развлечений и недоумевали, почему я развернулась и ушла, отказавшись за пару медяков познать с ними прелести плотской любви.
Или же мне проглотить обиду и остаться вместе с мамой?
Думая об этом, я пялилась в фарфоровую тарелку, угрюмо рассматривая положенное на нее крылышко фазана под каким-то экзотическим соусом.
Но так и не притронулась к деликатесу. Мысль о еде вызывала у меня отвращение. Того и гляди, объем лорда Вейра, и мне придется отрабатывать долг в борделе!..
Впрочем, все было донельзя просто — я находилась в этом доме ради мамы, которую куда больше интересовало содержимое ее бокала, чем то, что происходило в столовой.
А если еще точнее, то ради себя.
Мне так не хватало ее все эти годы, и, чтобы побыть с мамой, я была готова терпеть даже язвительный голос этой… крысы, который разносился по просторной, с золотыми люстрами и канделябрами столовой.
Решив, что он уже достаточно поиздевался надо мной, старший Вейр перекинулся на свою жену, словно та была подушкой для его смоченных в яде сомнительного остроумия игл.
Мама, впрочем, никак не отреагировала.
Вяло улыбаясь, она задумчиво поглаживала бриллиантовое ожерелье. Затем принялась рассматривать отполированные ногти. Допила второй бокал, и подоспевший лакей тотчас же подлил ей терпкого хасторского.
Отзывалась невпопад, когда лорд Вейр задавал ей вопросы, пока, наконец, он не оставил ее в покое. Тогда-то мама взялась за вилку и что-то съела с фарфоровой расписной тарелки.
Тут лорд Вейр прошелся по магам, которым, как оказалось, в Центине законы не писаны, после чего заговорил с сыном о делах.
Из-за прошлого холодного лета и неурожая соседний Хастор увеличивал импорт зерна, и торговая компания лорда Вейра получила несказанно выгодный заказ — доставить в западное королевство большую партию пшеницы, что, несомненно, грозило обернуться для Вейров солидной прибылью.
Но подобный контракт добавлял хозяину дома тревог.
Опасения внушали пираты, которых в Срединном Море развелось немерено — вешать их, не перевешать! — а Северный Морской Путь, во многих местах все еще покрытый льдом, — был слишком длинным и не менее опасным.
И еще то, что мятежный Имгор, сбежавший с собственной казни, по слухам, отправился как раз на запад.
Тогда-то я навострила уши.
— Боюсь, разногласия с Хастором ставят под угрозу все поставки из Центина. Если слухи подтвердятся, то наше королевство может разорвать дипломатические отношения с западным соседом. А любое политическое охлаждение всегда крайне невыгодно отражается на торговле.
Я воткнула вилку в зеленый горошек.
— Но переживать пока еще рано, — продолжал лорд Вейр. — Ищейки короля Ийседора идут по следу государственного преступника, который так ловко провел с десяток наших лучших магов.
— Но почему именно в Хастор? — подала я голос.
Мама, дремавшая с открытыми глазами, посмотрела на меня изумленнно.
Лорд Вейр тоже повернул голову.
— Давно известно, что Имгора привечает именно тамошний король Сигверд, и именно он снабжает мятежников не только деньгами, но и наемными войсками. Уверен, в случае своей победы Имгор собирается рассчитаться с ним Спорными Землями, — заявил он.
Впрочем, маму куда больше мятежников заинтересовало содержимое третьего бокала. Тагор посмотрел на меня излишне внимательно, тогда как я…
— Дядя, — добавив меда в голос, произнесла я, постаравшись позабыть о недавнем унижении, — а в чем причина спора Хастора с Центином?
Мое «дядя» лорду Вейру не понравилось, но неподдельный интерес ему льстил.
Откинувшись на спинку стула, он поведал о двухсотлетнем раздоре между двумя королевствами из-за пограничных земель, которые постоянно переходили из рук в руки. Последним их заполучил Центин, хотя до этого они служили отличными пастбищами для хасторских скакунов.
