Они отчаянно пытались устроиться в столице, но уделом многих становилось жалкое существование среди развалюх, опиумных притонов, борделей, низкопробных гадальных салонов и работных домов Третьего Квартала, где драки, кражи и убийства давно стали обыденным делом.
Третий Квартал существовал вот уже несколько сотен лет, и каждый новый король, принимая украшенную бриллиантовым трезубцем корону Центина и произнося слова древней клятвы, обещал навести в нем хоть какое-то подобие порядка.
Но быстро сдавался.
Ни городская стража, ни магические патрули, ни добровольные помощники не могли приструнить обитателей Третьего Квартала, прозванного в народе Клоакой.
Именно здесь нашей четверке предстояло два раза в неделю, начиная уже со следующей, патрулировать от заката до рассвета темные улицы.
Темные, потому что газовые фонари горели разве если только на набережной и на паре центральных улиц Изиля. В остальных пользовались магическими, через накопители, но на Клоаку магию тратить никто не хотел.
До начала практики оставалось всего пару дней, поэтому первый свой выходной мы решили отметить в одном из самых приличных трактиров Клоаки.
— Чтобы проникнуться особой атмосферой Третьего Квартала, — намекнул нам Йенн, и никто не стал ему возражать.
Проникнуться? Да никаких проблем!
К концу первой учебной недели мы с Залавитой успели обзавестись новой одеждой, и вот я, в темно-сером со светлой вышивкой платье и теплом плаще с подбитым мехом капюшоном — ночи становились холодными, и летнюю духоту сменили задувшие с Запада холодные ветра, — уже сижу за столом и с подозрением принюхиваюсь к вишневому элю в большой глиняной кружке.
Впрочем, сладковатый аромат перебивал перегар, идущий от группы моряков за соседним столом, и удушливый запах прогорклого масла с кухни.
Но никакие запахи не могли испортить мое сегодняшнее отличное настроение!
Я обвела взглядом переполненное помещение кабака, в котором смеялись, играли в карты, балагурили и сквернословили. Пили — кто за женщин, кто за Трехликого, кто за неизвестного мне Форста — лучшего капитана во всем обитаемом мире.
Ели — смачно чавкали, икали, затем запускали обглоданными костями в дальний угол, где на них набрасывались визгливые трактирные псы.
Возле большого камина на вертеле обливающийся потом мальчишка, сын хозяина, переворачивал сочащегося жиром поросенка.
Впрочем, пировать до утра, славя милость Трехликого и ругая на все лады короля Ийседора, наша четверка не собралась. Мы всего лишь хотели обсудить предстоящую практику вне стен академии, а я была рада увидеть друзей без ученических безликих мантий.
Инги, конечно же, пришла вся в черном, не собираясь изменять своим привычкам. На некромантке была мужская одежда, и экстравагантный облик однокурсницы притягивал к себе взгляды завсегдатаев таверны.
Впрочем, дальше взглядов дело не шло.
Рядом с ней сидел Йенн в дорогом бархатном камзоле, расшитом серебряными нитями, и с мечом за поясом. На лавку с моей стороны опустился Эстар в черном дублете, в вырезе которого виднелась белоснежная, украшенная пышными рюшами по вороту рубаха.
И я подумала, что лорд Вейр, несомненно оценил бы по достоинству одежду парней из моей четверки.
Да и я сама, увидев их в «Дикой Утке», немного растерялась — не ожидала, что Йенн и Эстар окажутся из состоятельных семей. Но вопросов задавать им не стала.
Народ за соседними столиками тоже косился на «лордов» — демоны, оказалось, Йенн Ситар и в самом деле носил титул! — но ни приближаться, ни общаться с нами «за жизнь» никто не рискнул.
Наверное, потому что мы с Инги прежде чем сесть за стол, очистили его Огненным заклинанием, затем погасили вспыхнувшее пламя Водным. Тем самым убирали со столешницы засаленный и вонючий слой из крошек и жирных пятен, несмотря на то, что по ней только что прошлась грязной тряпкой неприветливая подавальщица.
Или же причина была в магическом знаке Королевской Академии Изиля, который парни зажгли над нашим столом? Может, именно он отводил излишне любопытные взгляды?
Впрочем, мне было все равно.
Вскоре мы уже сдвинули кружки, после чего я осторожно пригубила напиток. Парни заказали для нас с Инги вишневый эль, на вкус оказавшийся сладким, словно забродивший компот.
Сперва выпили за удачу. Следом за то, что наша боевая четверка лучше всех остальных, потому что наша сила не только в магии, но еще и в единстве.
Подняли тост за Росса, чтобы ему хорошо жилось, где бы он ни оказался, а после — за Аньез Райс, занявшей его место в лучшей четверке во всей Академии Магии Изиля и… на всем белом свете!
Эль с непривычки ударил мне в голову, наполняя неестественным весельем. Затем я все-таки рискнула и попробовала мясной пирог, который оказался выше всяческих похвал.
Тем временем парни принялись обсуждать рейтинги.
За эту неделю мы сделали серьезный прорыв, но все равно плелись в хвосте, порядком отставая от первых мест. Грустить, правда, по этому поводу мы не собирались.
