Говорить с этим демоном обо всем на свете! О чем угодно, чтобы как можно дольше удерживать его от кровавого ритуала. Это был мой — наш с Мадлен! — последний шанс на спасение.
К тому же, некромант явно был настроен на беседу. Наверное, считал, что я в полной его власти и спешить ему некуда.
Раз так, то мы будем разговаривать! Сколько получится — хоть до нового пришествия Трехликого!
— Но кто же тогда должен был быть на моем месте? — вновь спросила у него, изо всех сил пытаясь успокоиться и не выказывать снедающий меня страх.
— Одна из тех, кто не заслуживает жизни, — отозвался некромант. Повернул голову, уставившись на сжавшуюся в комок Мадлен, и я увидела на мужской шее след от свежего ожога, убегающий под воротник черной мантии. — Одна из презренных особей, кто продает свое тело, потому что ни на что другое они больше не способны! Низшая ступень человеческого общества… Постыдное звено, инструменты для мужских утех. Долгое время я выбирал только тех, кого мне нисколько не было жаль!
Я не стала ему возражать. Выбирал, так выбирал.
— Но зачем? — вновь спросила у него.
— Одна их них должна была послужить сосудом…
— Сосудом⁈ — все же не выдержав, перебила его. — Для демона, не так ли? Значит, вы собирались вызвать демона Кухту! — произнесла обреченно. — Открыть запечатанные Трехликим Оккультные Врата в загробный мир и отдать Темному на растерзание весь наш обитаемый мир!
В ответ некромант рассмеялся. Забулькал и захрипел, но вскоре его смех перерос в приступ мучительного кашля, в очередной раз подтверждая, что под черной длинной мантией он скрывал куда более серьезные раны.
— Нет же! — заявил он, когда перестал кашлять. — Я не собирался открывать Врата для демона. Я хотел вернуть свою жену!
— Жену⁈ — не поверила ему.
Тут некромант вновь склонился надо мной, уставившись мне в глаза:
— Моя Тирисса погибла два года назад. Я потерял ее и до сих пор не могу себе этого простить. Она умерла, а я поклялся вернуть ее любой ценой, потому что она была для меня всем… Моим солнцем, моей единственной и моей самой преданной помощницей! Мы работали вместе, плечом к плечу, и однажды подобрались слишком близко к разгадке. Коснулись самого Предела, мечтая открыть врата загробного мира и вернуть тех, кто давно ушел. Но наш эксперимент не удался!.. Он провалился! — воскликнул некромант с отчаянием. — Все пошло не так, как должно было!
С этими словами он вцепился себе в волосы, и его рот искривился в болезненной гримасе.
— Поэтому именно она… — наконец, продолжил убийца, совладав с приступом отчаяния. — Душа моей Тириссы станет первой, кто вернется с той стороны, обретет плоть и заживет в этом мире заново.
— Но это невозможно! — прошептала я.
Но он меня не услышал.
— После ее смерти мне понадобилось два года… Целых два года, чтобы довести начатое до конца! Но как только я понял, что готов, то стал подыскивать подходящее тело, похожее на то, которое я истово любил все это время.
Наверное, его жена была рыжеволосой и пышнотелой, как те проститутки, которых нашли зарезанными в Клоаке, решила я.
— Но женщин было четверо, — сказала ему. — Четверо убитых в Третьем Квартале! Зачем вам столько жен⁈
— О, их было значительно больше! — вновь рассмеялся некромант. — Я долго скитался по Центину, подбираясь к решению загадки. За это время многие… Десятки, а то и сотни лишились жизней во имя моей цели. Для того, чтобы разрешить величайшую загадку бытия!
— О, Трехликий! — выдохнула я в полнейшем ужасе. — Десятки, а то и сотни⁈
— Но я выбирал лишь тех, — продолжал он, — кто не заслуживал жизни. Убивал отбросы, вырывал сорняки, без которых Центин вздохнул свободнее.
— Кто вам дал право судить, кто достоин жизни, а кто нет?
Он не посчитал нужным мне отвечать.
— Их жалкие душонки вернулись за Предел, а тела послужили мне подопытным материалом. С каждым новым убийством я делал шаг вперед, все ближе и ближе подбираясь к цели. Наконец, я вернулся в Изиль, в город, ставший для нас с Тириссой домом… В место, где мы с ней были счастливы. Туда, где она погибла.
— И вы принялись за рыжеволосых проституток, не так ли? — быстро спросила у него, потому что некромант замолчал.
Уставился на меня волчьим взглядом, и ритуальный кинжал в его руке задрожал.
— Тирисса… Ее волосы были цвета расплавленного меда, а ее тело будило во мне неистовые желания, — забормотал он. — Я искал ту, кто хотя бы отдаленно напоминал мою жену.
— Но вы резали их на части! — вновь не выдержав, воскликнула я. — Вряд ли бы вашей жене понравилось, очнись она в теле без внутренностей!
Некромант снова расхохотался.
— Ты ничего не понимаешь, девчонка! Хорошая магесса, сильная, — похвалил меня, — но слишком уж взбалмошная и упрямая! Если бы Тирисса вселилась в приготовленное для нее тело, я бы собрал его заново. Вдохнул в него жизнь, как делали наши предки тысячи лет назад, когда готовили покойных к вечному загробному существованию. Ведь я понял, как обернуть этот процесс вспять! Узнал все, что нужно, чтобы Тирисса вновь была со мной!
Я собиралась ему возразить.
