— Зачем это его перевоспитывать? — удивился я.
— Да, именно ты, Флаттершай, — ответила Селестия сначала ей, а затем мне. — Я думаю, что он будет полезен Эквестрии.
— Серьёзно? — с улыбкой спросил я. — Он тысячу лет простоял статуей в саду, так? Вырвавшись, устроил какую-то нехорошую бучу, но быстро был запихан обратно, но теперь вы собираетесь его достать, потому что он может быть полезен Эквестрии?
— Всё верно, — кивнула Селестия.
— Потрясающий у вас всё-таки мир, — покачал головой я. — Не сочтите за неуважение, принцесса, но с чего вы взяли, что он ЗАХОЧЕТ быть полезным Эквестрии? Так, навскидку?
— Я верю в магию дружбы, — серьёзно отвечает она. — Да и вы тоже, разве нет?
— С чего вдруг? — удивился я, и аликорна кивнула на стоявшую рядом со мной Трикси.
А-а-а, это… хм, ну, да, пожалуй, можно толковать и так, хотя скорее я верю в то, что с ней обошлись несправедливо (а ещё в то, что мне нужен единорог-помощник).
— Ну допустим… — вздохнул я.
— И как бы поступили в твоём мире? — спросила вдруг Эпплджек, что меня очень удивило: до сего момента земнопони моё существование игнорировала.
— Хм-м-м… — я посмотрел на статую. — Ну, думаю, попытались бы избавиться от него раз и навсегда. Если статую разбить, он погибнет?
— Нет, — улыбнулась Селестия. — Его тело будет разрушено, но дух освободится и вернётся через некоторое время.
— Проблемка. Ну, тогда я думаю, что мы бы его поставили в ракету, задали бы ей курс куда-нибудь за пределы своей системы и отправили в космическое путешествие с расчётом на то, что если он и освободится, столкнувшись с метеоритом через десять-двадцать тысяч лет как минимум, то путь назад уже не найдёт.
— Как жестоко! — ужаснулась Флаттершай.
— Ничуть не сомневалась, — фыркнула вестерн-пони.
— Ты спросила — я ответил, — посмотрел я ей в глаза. — Я думаю, что так поступили бы в моем мире, но сам я этого подхода не разделяю.
Уточнение: в данном случае. Во-первых, судя по тому, что я слышал, единственным «злодеянием», которое я бы счёл таковым у него было неуважение к чужой свободе воли. А во-вторых… во-вторых, у меня есть пара вопросов к этому парню. Я уже встречал его раньше.
— Флаттершай, — окликнула пегаску Селестия, и та подошла ближе. — Я понимаю, что это сложное поручение, но я бы не обратилась к тебе, если бы не была уверена, что ты сумеешь убедить его добровольно умерить свой пыл.
— И вы считаете, что я лучше всех с этим справлюсь?
Боже, Тия, ну и выражение мордахи! А этот уверенный жест с перехватом взгляда, и этот ободряюще-решительный тон! Флатти аж раскраснелась вся. Аплодирую стоя.
— Сейчас я должна вернуться в Кантерлот, на королевское собрание Эквестрии, — убедившись, что дело сделано, она перелетела в свою трон-карету. — Вы можете освободить Дискорда, когда будете готовы. И, профессор Артур?
— Да? — отозвался я.
— С нетерпением жду вашего отчёта по древесным волкам.
— Хорошо, — кивнул я.
Ну а что я ей ещё отвечу? «Какого ещё, мля, отчёта?!»
Принцесса улыбнулась нам, кивнула своим пегасам, и те (с явным облегчением на мордахах) устремились в воздух. Твайлайт посмотрела вслед удаляющейся карете и обернулась с решительным выражением.
— Итак, пони, думаю пора начинать, — уверенно произнесла Твайлайт, открывая сундук, и телекинезом извлекая оттуда странно выглядящие драгоценности. — Будем надеяться, что освобождающее заклинание сработает.
— Лучше наоборот, — еле слышно пробормотала Трикси.
— Ага, — так же тихо согласился Спайк.
— Нам лучше не снимать элементы до получения новых указаний, — закончила инструктаж Твайлайт.
— Решено! — в один голос ответили остальные.
Иногда мне кажется, что они специально репетируют. Это так проявляется их магическая способность делиться мыслями (или как там Твай рассказывала, кажется, вечность назад)?
Твайлайт зажмурилась, её рог вспыхнул ярче дневного солнца. Все пони, включая Трикси, повели себя так, будто их сдувает невидимым ветром, я же не ощутил ровным счётом ничего. Вспышки света со стороны драгоценностей, Твайлайт и компанию поднимает в воздух, между их амулетами словно протягивают радужный шнур, корона единорожки вспыхивает, вынуждая меня зажмуриться… хруст камня и хриплый вопль, стремительно меняющий свою интонацию на зевок. Едва по глазам перестал бить магический стробоскоп, я открыл их и с интересом оглядел потягивающуюся химеру. Ну точь-в-точь такой же, как я видел в портале.
— Самое время кому-нибудь освободить меня из заточения, — недовольно сказал он, обращаясь к Твайлайт. — Какое облегчение!
Он щёлкнул пальцами, и я перевёл взгляд в ту сторону, где под воздействием магии мелкий бельчонок в один миг стал этаким бельхалком. Однако!
— Ты что творишь? — возмутилась Твайлайт.
— Как что, разминаюсь, конечно, — ответил Дискорд, делая что-то вроде зарядки в воздухе. — Когда ты создание хаоса, каменная оболочка — выбор явно не по моде.
Ещё один щелчок пальцами, и ещё одна зверушка подвергается воздействию гамма-радиации.
— Сделай этого зайчонка снова милым! Сейчас же! — завопила Пинки.
