Первые леди Рима полностью

Существовала, конечно, и серьезная причина для недовольства правлением Коммода. За несколько месяцев до того, как Север стал консулом, произошло падение непопулярного и беспринципного Клеандра — вольноотпущенника, управляющего двором, который манипулировал императором с момента смерти в 185 году предыдущего придворного фаворита, Перенния. Обвинения в заговоре против императора летали по городу, последовала волна казней сенаторов — среди жертв оказался родственник Домны из Эмесы по имени Юлий Александр. Север, безусловно, был рад оказаться на некотором расстоянии от горячей атмосферы города в 191 году, когда его по рекомендации Лаэта, начальника преторианской гвардии, назначили наместником Верхней Паннонии.

В конце концов все более непредсказуемое и жестокое поведение Коммода заставило Лаэта и нового управляющего двором Эклекта действовать. 31 декабря 192 года они вместе с императорской любовницей Марцией сначала отравили Коммода, а затем удавили его в ванной. По имеющейся у нас информации, роль Марции в этом деле была несколько переиначенной партией, сыгранной Агриппиной Младшей и Домицией при убийствах их мужей; говорили, что она предупредила Лаэта и Эклектика о существовании списка предполагаемых жертв, в который были включены и их имена, а затем подмешала яд в вечерний стакан вина Коммода. Но вино вызвало у него лишь обильную рвоту, заставив заговорщиков привести профессионального борца, чтобы тот прикончил жертву.[706] Коммод находился у власти двенадцать лет.

Публий Гельвидий Пертинакс, сын вольноотпущенника, был выдающимся военным и гражданским служащим при Марке Аврелии и Коммоде, и конспираторы уже поставили его императором ко времени, когда известие об убийстве Коммода достигло Севера, находившегося в 683 милях, в столице Паннонии Карнунте (в нынешней Австрии).[707] По словам современника, чиновника Геродиана, который написал историю империи с 180 по 238 год, Северу этой ночью приснилось, что конь сбросил с седла Пертинакса и принял взамен его самого. Множество сторонников убеждало Севера, что исполнение его амбиций уже за углом.

Сам Пертинакс настолько не желал быть обвиненным в деспотизме, что, стремясь превзойти самого Августа, он принял лишь звание princeps senatus и отклонил титул Августы для своей жены Флавии Тицианы. Но у его администрации не оказалось денег на содержание преторианской гвардии — по крайней мере, тех средств, к которым она привыкла при Коммоде.[708] Сработал эффект домино: Пертинакс был свергнут в марте 193 года бывшим консулом по имени Дидий Юлиан. Север был уже готов, хотя свои претензии на пурпур уже выдвинул другой соперник, Песценний Нигер, губернатор Сирии. Поддержанный приветственными криками своих легионов, Север двинулся маршем на Рим, чтобы попытаться взять власть, — но лишь после того, как удостоверился, что его сыновья и Юлия Домна рядом с ним и в безопасности.

Он проявил куда меньше рыцарства в отношении жены и детей своих соперников. Север убедил Сенат осудить Юлиана 1 июня, и 9 июня был признан императором, получив покорно-восторженный прием римлян, одетых в белое и выстроившихся вдоль украшенных цветами улиц. Одним из первых деяний нового императора стал приказ, отданный его правой руке, человеку по имени Плавтиан: найти и взять в заложники детей Нигера, который был объявлен врагом государства. В конце концов Нигер оказался разбит в сражении при Антиохии в апреле 194 года, его отрубленную голову выставили в Риме, а его жену и детей казнили.

Затем Север столкнулся с угрозой от другого претендента на трон — Клодия Альбина, губернатора Британии. Север предложил ему ранг заместителя Цезаря. Однако, когда через пару лет Клодий решил, что это все-таки недостаточно хорошо для него, он тоже был разбит — на этот раз в Галлии; его поруганное тело было сброшено в Рону вместе с телами жены и сыновей. Их судьба стала напоминанием о том, что ожидает в случае поражения Домну и ее детей.[709]