Однако более вероятной причиной дилеммы Тита была смерть Нерона в июне 68 года и последовавшая за ней неразбериха в Риме — из-за того, что император не оставил наследника. Десять лет после убийства Агриппины в правлении Нерона происходили сплошные неурядицы, империя шла от одного политического кризиса к другому. Сначала в 60 году вспыхнул мятеж в Британии, возглавленный легендарной королевой Боудикой, потом в 64 году случился великий пожар, который уничтожил Рим, — в нем некоторые обвиняли самого Нерона. Между 65 и 68 годами против молодого императора со все более растущей манией величия вспыхнуло несколько заговоров, обернувшихся серией жестоких казней или насильственных самоубийств многих видных представителей римской элиты, обвиненных в организации этих заговоров, включая когда-то доверенное лицо императора Сенеку. Поппея тоже была мертва, ее забальзамированное, пахнущее специями тело со всеми почестями похоронили в мавзолее Августа, соединив вместе восточные и римские похоронные традиции (во многом являвшиеся изобретением литературной традиции), решив сделать из нее реинкарнацию Клеопатры.[517] Показательно, что ее смерть стала большим горем для Нерона, который произнес прочувствованную надгробную речь, хотя некоторые источники сообщают, что на деле именно он вызвал ее смерть летом 65 года, яростно пнув в живот, когда она была беременна их ребенком.[518]
В 66 году Нерон женился в третий раз, на знатной женщине по имени Статилия Мессалина, никак не связанной с имевшей дурную репутацию третьей новобрачной Клавдия. Новая жена императора держалась незаметно и смогла пережить жестокую смерть Нерона. Ряд выступлений провинциальных губернаторов бросил вызов власти императора, это привело к тому, что 9 июня 68 года Сенат объявил его врагом народа. В панике Нерон бежал из города на виллу Сервилия, которой владел один из его вольноотпущенников, где и заколол себя; его руку направлял один из его секретарей.[519] Был ему тридцать один год.
В брешь, оставленную уходом Нерона, вошел Гальба — пожилой губернатор провинции Испания, который заручился поддержкой преторианской гвардии и Сената, начав своим приходом хаотический период между летом 68 и зимой 69 года, известный обычно под именем Года Четырех императоров. Шестимесячное пребывание Гальбы на Палатине разорвало пуповину, которая привязывала всех предыдущих наследников Августа к Ливии. Тем не менее новый император позаботился, чтобы стало известно о его связи с первой римской императрицей, в доме которой он вырос и по чьей воле он был назван лицом, пользующимся доверием, — и он поместил ее на монеты, выпущенные за время своего краткого правления. Ясно, что поддержка Ливии, даже из могилы, все еще была мощным символом власти.[520]
Но ее оказалось недостаточно, чтобы обеспечить долгое пребывание Гальбы императором. Легионы на Рейне отказались поклясться ему в верности и вместо него 2 января 69 года провозгласили императором Вителлия — губернатора Германии и давнего союзника Юлиев-Клавдиев. Одновременно Гальба столкнулся с проблемой на другом фронте — в лице Марка Сальвия Отона, правителя Лузитании (Португалия) и бывшего мужа Поппеи — той самой, из-за которой произошла ссора Нерона со своей матерью, завершившаяся покушением на нее после рокового ужина на приморской вилле Отона. Отон также был связан с Ливией через своего деда. В итоге один протеже первой императрицы Рима вскоре заменил другого, когда Гальба был убит 15 января преторианской гвардией. Но сам Отон пробыл императором менее трех месяцев, наделав долгов и казнив нескольких противников, прежде чем потерпел поражение от сил Вителлия в Северной Италии, что убедило его 16 апреля совершить самоубийство. Сенат признал Вителлия, правителя Германии, императором вместо Отона.[521]
События развернулись по-новому. 1 июля 69 года на восточной границе империи, в Египте, Сирии и на Дунае восстали римские легионы, заявив, что они хотят видеть императором Веспасиана и окажут ему полную военную поддержку. Внезапно для скромно рожденного Веспасиана стало возможным немыслимое — человек без какой-либо связи с Ливией или любой другой ветвью династии Юлиев-Клавдиев был провозглашен императором. К этой попытке путча присоединились несколько его влиятельных восточных сторонников: Муциан, правитель Сирии, а также Агриппа II и Береника, про которую Тацит сказал, что она была любимицей Веспасиана за ее «молодую красоту».[522] Некоторые считают, что Береника уже тогда мечтала стать императрицей в Риме, но разумнее предположить, что молодыми членами царского семейства Ирода двигали вполне понятные внутриполитические мотивы.[523]
