Не выпуская рыбу из руки, Тур осторожно поднял ее над головой. На желтый песчинки падали капли, оставляя темные круглые пятнышки. Рыба в руке не трепыхалась, поблескивала беспокойными черными глазками с беловато-розовым зрачком.
- Вот так! Рыбу можно таскать руками, - Форстер довольно погладил бороду, - Что будем делать? Можно организовать рыбалку, к нам уже косяк пошел. Да складывать некуда. Разве что кто согласится из своего контактора на время сделать транспорт для перевозки улова в лагерь. Мой коршун все парит в небесах.
Тур опустил голову. У берега на мелководье скопилось больше десятка рыбин, дисциплинированно ожидавших своей очереди. Он разжал пальцы, первая рыба с плеском упала в озеро и застыла среди других, не желая во имя собственного спасения уплывать подальше от пришельцев, готовых предать их всех огню и кипятку.
В задумчивости Тур произнес, разглядывая рыбью стаю, к которой присоединялись все новые "единицы".
- У меня странное впечатление, будто планета знала о нашем прилете и подготовилась к визиту. Плоды на деревьях на любой вкус и цвет, вода лучше земной, рыба прямо в рот прыгает. Не удивлюсь, если в лесу появятся ходячие бифштексы. Как у барона Мюнхаузена, таким образом. Наступает время завтрака, а у нас все есть. Не надо из ружья палить, как делал барон, когда хотел жареную утку с яблоками.
Голос Елены Тур не сразу признал, за одну ночь он стал голосом зрелой женщины. Чистое девичье меццо опутала паутина полутонов, создав волнующий, зовущий тембр. Еще одно превращение!
- Посмотрите! Посмотрите сюда! Что это?
В новом голосе Елены слышалось не только изумление, но и легкий испуг, поэтому все как один разом повернулись от озера.
Рогатый олень стоял в траве у ближайших деревьев. Не сразу Тур понял причину испуга Елены. Она заключалась не в том, что олень стоял напряженно, угрожающе наклонив ветви рогов в сторону людей, готовясь обороняться или нападать. Елену испугало то, что сквозь красивое стройное тело зверя просвечивали стволы деревьев. Вот он гордо тряхнул крупной головой, глаза призрака блеснули, он повернулся и пропал среди деревьев.
Общий вздох вернул Туру самообладание.
- Вито, пора в лагерь. Планета полна сюрпризов. Мы вели себя неосмотрительно.
- Я того же мнения, - отозвался Форстер, - Но не понимаю, почему молчат контакторы. Они ведут себя так, словно мы в зеленой зоне "Ойкумены".
- Или на Земле, - продолжила Елена новым голосом, полным неожиданного обаяния и притягательности, - На той Земле, которая была когда-то. Когда ее называли раем. Мы забыли, какой может быть чистая природа и не понимаем ее. Я слышала, Данрев утверждает, что мы потеряли в истории какой-то важный ген. Почему бы не назвать планету Раем? Ведь она уже показала нам свое лицо, и ей нужно имя. А олень был точно такой, каких я видела в зоопарке.
Выслушав Елену, Тур сказал повелительно:
- Я впереди, Вито Форстер идет замыкающим. Будем настороже. Могут быть всякие неожиданности. Наши контакторы не реагируют на проявления активности Третьей. Или Рая, если угодно. Следовательно, мы нуждаемся в защите техники.
Тур через Леля передал всем десантникам распоряжение собраться в лагере и принять меры предосторожности, рекомендуемые типовым планом высадки, о котором они вчера и не вспомнили.
К опушке леса вышли без происшествий. Луг впереди полого спускался к берегу океана, и перед людьми открылась красочная панорама: сине-голубое пространство воды, смыкающееся в бесконечности с лазурью неба; белая песчаная полоса, плавными изгибами повторяющая береговую линию; изумрудный ковер, на котором за ночь роботы возвели сооружения базового лагеря экспедиции и разместили универсальные модульные системы.
Вид первого поселения на третьей планете Золотой успокоил их, роботам ничто не помешало выполнить заданную программу. Центром поселения являлся тридцатиметровой высоты красный купол, в котором разместились жилые помещения и узел связи. Справа от него желтел куб лабораторного комплекса, слева расположился желтый параллелепипед, объединивший ангар для средних модульных систем и мастерскую роботов. Между ангаром и жилым куполом выделялся пятнадцатиметровый хроноблок. показывающий планетное, земное и абсолютное время. Десантный модуль "Ойкумены", где по расписанию предусмотрели места для группы обеспечения безопасности и дубль-узел связи, стоял на месте посадки, между жилым куполом и краем леса. Ближе к воде высились алые конуса полевого реактора и приемника-преобразователя энергии. В море, в пятидесяти метрах от береговой полосы, замерли на якорях морская лаборатория, видимая желто-белой полосатой надводной частью, и красный цилиндр, увенчанный высокой мачтой ретрансляции энергетического шнура от "Ойкумены" на приемник-преобразователь.
Между сооружениями разъезжали роботы и суетились люди, снявшие комбинезоны и выделяющиеся белыми, лишенными загара телами. Золотая стояла над морем сверкающим диском.
