Исабель Маркес – Мадрид – встретила их в просторном зале с плотно занавешенными окнами.
– Берлин и Бостон присоединятся к нам немного позже, а Москва и Рио должны появиться с минуты на минуту, они задержались из-за неблагоприятных погодных условий.
– Нас тоже изрядно болтало, – сообщил сэр Эштон.
Он подошел к консоли, где стоял поднос с прохладительными напитками, и налил себе полный стакан воды.
– Сколько нас сегодня будет?
– Если из-за надвигающейся грозы власти не распорядятся закрыть аэропорт, за этим столом нас соберется тринадцать.
– Итак, позавчера операция завершилась провалом, – констатировал Лоренцо, падая в кресло.
– Не совсем так, – возразил сэр Эштон, – этот священник, возможно, знал куда больше, чем мы предполагали.
– Как получилось, что ваш человек не попал в цель?
– Она находилась в двухстах метрах от него, и ему пришлось пользоваться тепловизором. Так что я могу сказать только одно: «Errare humanum est»[17].
– Его неловкость привела к гибели служителя Церкви. Я нахожу, что ваша латинская шутка весьма неуместна. Полагаю, что те, в кого вы целились, теперь будут очень осторожны.
– Нам об этом ничего не известно, но мы сразу приняли меры и, ослабив узду, стали следить за ними издали.
– Скорее вам следовало бы признать, что вы потеряли их след.
Исабель Маркес встала между Лоренцо и сэром Эштоном.
– Мы собрались здесь не для того, чтобы спорить, но чтобы выработать линию дальнейшего поведения, ведь у нас впереди нелегкий путь. Подождем, пока прибудут остальные, и постараемся работать слаженно. Нам предстоит принять несколько важных решений.
– Не вижу ни малейшего смысла в этом собрании, – проворчал сэр Эштон. – Мы и так прекрасно знаем, какие решения принимать.
– Не все придерживаются того же мнения, что и вы, сэр Эштон, – заявила женщина, только что вошедшая в зал.
– Добро пожаловать к нам, Рио!
Исабель поднялась, чтобы встретить гостью.
– Москва не с вами?
– Я уже здесь, – произнес Василий с порога.
– Надеюсь, мы не станем ждать до бесконечности тех, кто опаздывает! – снова заворчал сэр Эштон.
– Давайте не будем ждать, однако тогда мы не сможем поставить на голосование ни одно из обсуждаемых решений, – предупредила Исабель.
Сэр Эштон занял место в конце стола справа от Лоренцо, Василий уселся слева от него, рядом сел Париж, а напротив него – Вакерс. В течение получаса прибыли и все остальные: Берлин, Бостон, Пекин, Каир, Тель-Авив, Афины и Стамбул. Комитет собрался в полном составе.
Сначала Исабель поблагодарила гостей за то, что сумели собраться в Мадриде. Необходимость этой встречи вызвана довольно серьезными причинами, сказала она. Некоторые из членов комитета однажды уже сталкивались с подобной ситуацией много лет назад, а другим, сменившим на посту своих предшественников, таким как Рио, Тель-Авив и Афины, придется разбираться в этом деле впервые.
– Личные инициативы привели к тяжелым последствиям. Мы сможем управлять этими двумя учеными, только принимая совместные решения и оказывая друг другу всемерную помощь.
Афины запротестовал: инцидент в Ираклионе произошел случайно. Сэр Эштон и Лоренцо молча переглянулись.
– Не понимаю, в чем вы видите неудачу операции, – жестко сказал Москва. – В Небре никто не собирался их убирать, только немного припугнуть.
– Может, нам следует вернуться к проблеме, из-за которой мы все сегодня собрались? – напомнила Исабель. – Теперь нам известно, что теории одного из наших коллег, чье упорное желание убедить нас стоило ему отставки, оказались не столь нелепыми, как нам представлялось, – продолжала она.
– Мы предпочли поверить в то, что он заблуждается, потому что нам так было удобнее, – обронил Берлин. – Если бы мы тогда не отказали ему в тех деньгах, о которых он просил, мы бы сейчас не попали в такое положение. Все было бы у нас под контролем.
– Значит, по-вашему, этот безумный Айвори прав во всем! И что вас заставляет так думать? Может, второй предмет, взявшийся неведомо откуда? – воскликнул сэр Эштон.
– Как бы то ни было, сэр Эштон, никто не давал вам разрешения покушаться на жизнь этого ученого, – вспылила Рио.
– С каких пор нужно спрашивать разрешения, чтобы действовать на своей собственной территории, да еще и против жителей этой же страны? Может, у нас появилось какое-то новое правило, а я этого не заметил? Между прочим, наши немецкие друзья позвали на помощь Москву, хотя операция проводилась на их земле. Я считаю, это их дело, и не смейте читать мне нотации.
– Остановитесь, прошу вас! – вмешалась Исабель.
Афины встал и оглядел собравшихся:
