Древняя магия манит, указывая путь. Эти пески видели драконов и раньше, и хранят они не только воспоминания. Нечто в глубине откликается на знакомые токи, зовет сильнее. И дракон наконец позволяет себе сбросить тяжелую ношу, а затем опускается сам.
Наполовину истлевшая в лохмотьях шкура, черная, словно сажа, потухшая чешуя некогда прекрасного, величественного создания. Обнаженные кости, пустые глазницы… Все это порождает внутри острое сожаление и тоску. Так не должно быть!
Этот дракон мертв и не может открыть путь в мир высших. Не может уйти, унося накопленные знания и энергию, которым должно вернуться в круговорот жизни родного мира. Мой дракон, переродившись, слившись с человеком, утратил древнее знание. Наверное, я сумел бы добыть его из толщи наслоений. Ничто не исчезает бесследно! Мудрость Армагара где-то внутри нас. Но дракон не желает ждать. Не может.
Гнилостный запах и мерзкий привкус во рту, которые не должны исходить от высших созданий, даже от мертвых, плоть, оскверненная черной некромагией, пробуждают непокорную ярость и нетерпение. И я решаюсь, покоряюсь воле своего зверя, позволяю сделать единственно верное. Отпустить…
Жар нарастает внутри, клокочет и наконец вырывается из пасти струей пламени. Мощный поток охватывает громадную тушу, и мертвая плоть, вспыхивая, сгорает. Остаются лишь выбеленные кости, странно светящиеся.
Пространство звенит, вибрирует, и скелет сам собой поднимается в воздух. Миг ослепительного сияния, и он распадается на светящиеся пылинки. Те, кружа, медленно оседают на землю и впитываются в песок.
Дракон умиротворен, в нем будто просыпается нечто забытое. Теперь вместе с ним знаю и я: древние не вернулись в наш мир, но даже в своем посмертии один из них преподнес очередной дар людям Орта. Очистительное пламя высвободило его энергию, сохраненную, как оказалось, нетронутой. И, войдя в земли Орта, она произрастет новым источником.
Свершилось. И силы оставили дракона, сумевшего продержаться до этого самого мига. Теряя сознание, я упал на песок уже человеком.
Анир не появлялся несколько дней, и я не знала, что думать, изводила себя, злилась.
А потом вокруг начался какой-то переполох, послышались возгласы и шепотки, и в студенческую библиотеку, где я делала вид, что занимаюсь, заявился он. Обветренное лицо, растрепанный, уставший.
Я смотрела на него широко распахнутыми глазами и не знала, что сказать. Он тоже молчал, хмурился. Затем подошел ближе, погладил по волосам, глядя пристально, изучающе. И наконец хрипло спросил:
– Это я сделал с тобой?
– Не нравлюсь? – зачем-то съязвила я.
– Нравишься, – кивнул он, не смутившись. – Ты прекрасна, моя принцесса. Просто другая. И не только из-за цвета волос и глаз, ты смотришь иначе. Тина, я люблю тебя. Но любишь ли ты меня тоже?
– Дурак, – прошептала я и обняла его. – Где ты пропадал так долго?
– Шел по пустыне с караваном кочевников, – ответил он. – Истощение настигло далеко в песках, обернуться не было сил, пришлось идти пешком. Мне повезло, что я повстречал караван.
Кто-то ахнул, и я осознала, что в библиотеке мы не одни.
– Давай уйдем отсюда, – шепнула ему на ухо и, взяв за руку, повела прочь из зала.
Мы спустились на этаж ниже, ко мне в комнату. Я прошла к окну, потом села на кровать. Глупо, я была безмерно рада его видеть, но все равно чувствовала неловкость. И обиду. Анир как будто понял это, подошел и, встав на колени рядом с кроватью, заглянул мне в глаза.
– Ты сможешь простить меня? – Он погладил меня по щеке, потом уперся лбом мне в грудь. – Случившееся между нами в тех песках было чудом, истинным даром высших. Мы стали едины, и я чувствовал все, что чувствовала ты в те мгновения. Мне было нелегко оставить тебя. Разочаровать. Я обидел этим, знаю. Но в тот момент я просто не мог иначе, это драконий кодекс, если хочешь.
Я фыркнула, и Анир усмехнулся, поднялся и сел рядом.
– Мне и раньше не давал покоя вопрос, как Санум сумел не просто убить дракона, но еще и вместить в себя его силу и не сгореть. Даже будучи сильным магом. Это сложно, непостижимо. Тем более что драконья магия всегда была в основе своей светлой и не легла бы покорно на темное основание. Оказалось, Санум и не получил все. Сила все это время томилась, запечатанная в древних останках. Мой дракон хотел освободить собрата, а в итоге освободил и силу. Похоже, в Орте теперь будет еще один мощный источник. И оазис. Понимаешь?
– Я понимаю. Наверное. Но это невыносимо! – Обида, что копилась эти дни внутри, все-таки вырвалась наружу. – То ты со мной, то мы не можем быть вместе, то ты улетаешь без меня сражаться, то вообще пропадаешь. Анир, я так не могу.
– Больше никогда, моя принцесса.
– Что?
– Больше никогда не оставлю тебя. Даже если Итан не даст согласия, я унесу тебя к кочевникам, они примут нас, уверен.
– Выходит, другого выхода, как отдать свою дочь дракону, у меня просто нет? – раздалось насмешливое от двери.
– Папа!
– Я искал тебя, – улыбнулся он, заходя. – Но, похоже, первым нашел не я. И я, кстати, стучал, но вы, вероятно, были чересчур увлечены.
