Бронекостюмы активировались, началась самодиагностика, как раз на пару минут. Умные железки вкололи нам выверенную до сотой доли грамма дозу катализатора. Через пару минут мы будем быстрее и сильнее обычного человека. Часа на два. А потом нас отпустит, и мы будем страдать. Намного дольше.
— Минутная готовность. — Шлем мешал вытереть вспотевший лоб. Пришлось включать систему вентиляции бронекостюма.
— К бою!
Аппарель распахнулась, автомат десантирования выстрелил нас за пару секунд. Это было мое пятое десантирование. До земли метров сто, я даже испугаться не успел, как сработали автоматические тормозные ускорители. Попытался совместить в своем воображении пейзаж с картой на дисплее шлема — получилось. Пару раз ощутимо тряхнуло, потом жесткое приземление. Перекличка — все на месте. На тактической карте я увидел весь взвод. Электроника у всех отключена, работают только гидравлические усилители на автономной питании, никаких сигналов.
Полчаса ускоренного марша. Пять минут на занятие позиций и маскировку. Полчаса ожидания.
Место для засады я выбрал вполне себе очевидное. С одной стороны от дороги вверх уходил пологий склон. С другой стороны такой же склон уходил вниз. Этим путем местные металлурги радостно возили редкоземельные металлы из небольших рудников к космопорту. По прогнозу аналитиков из разведуправления противник после занятия космопорта должен будет либо уничтожить рудники, либо попытаться заполучить хранящийся на местах добычи и готовый к транспортировке груз. В районе одного из перекрестков я и решил устроить засаду.
Приём с закапыванием космодесантника в броне обещал сработать не хуже, чем на учениях. Две огневые группы по разные стороны от перекрестка должны будут сделать сюрприз головному дозору. Третья группа располагалась метрах в ста до перекрестка. Она должна будет нанести удар по головной машине основной группы и предотвратить возможный прорыв цели. Четвертая группа на удалении еще около полусотни метров имела целью основной объект. Пятая группа, на удалении около сотни метров от четвертой, обеспечивала замыкающим в колонне машинам конкурсы и танцы. Я, как настоящий командир, занял место с резервом на небольшом удалении, между позициями третьей и четвертой групп. И от стрельбы подальше, и, в случае необходимости, я смогу поддержать своих бойцов именно там, где это даст результат.
Стараясь не шелохнуться и не выдохнуть слишком резко, я еще раз проверил бойцов — на тактическом дисплее подсвечивались отметки всего взвода. Бронекостюм едва справлялась с жарой. Верхний слой песка и камней, в котором мы зарылись, отлично прогревался солнцем.
Накануне комбат пару раз пытал меня, на тему «нервничаешь, да, нет». Но я был скрытен и самоуверен. Сейчас могу признаться — страшно было как никогда.
— Внимание, готовность пять секунд, три, две, одна! — последнее слово я выкрикнул одновременно с пуском бронекостюмов.
Из укрытий вырвались размытые всполохами песка и выстрелов фигуры космодесантников. первые ракеты и лазерные лучи рванули во врага едва не из-под земли.
Последующий бой описывать трудно. Все произошло так быстро, как может быть только в хорошо спланированной засаде. Мы успели подавить огнём или уничтожить всё, что могло стрелять. Двухсотых не было, все трехсотые обещали выжить. Объект был захвачен — привычная старая бронемашина, только набитая и обвешанная странной электроникой, явно не под двурукого пользователя.
Борт прибыл за нами, едва мы успели зафиксировать объект и доложить о готовности к эвакуации.
***
Десантный корабль «Иван Рогов», к которому приписали мой взвод на время операции, был новенький, принятый в состав флота за пару недель до вылета в систему Кербер. Все внутри ярко и четко выкрашено, блестело и сверкало. Подсветка работала. Объявления по громкой связи — разборчивые. Даже воздух был приятно свежим.
Капитан корабля — разговорчивый капраз Сергей Иванович сразу подключил меня, как и других офицеров, к корабельной сети.
— Чтобы не пришлось гонять за вами нарочных по любому поводу. — Любезно объяснил он во время нашего знакомства.
Полетную палубу «Ивана Рогова», куда мы попали с поверхности, было жалко. Обломки снаряжения мы порывались убрать сами, но первозданную чистоту наводили техники из экипажа. Предстояла неделя относительно безопасного перелета вглубь освоенного космоса. Я постарался максимально нагрузить своих бойцов тренировками. Потому что у солдата не должно быть свободного времени.