Ощущение было сильнее, чем с Айзеном. Казалось, каждая жила, каждый нерв во мне натянулся и зазвенел. Каждая клеточка завибрировала от резко нахлынувшей непонятной энергии. Кожа покрылась пупырышками, крошечные волоски встали дыбом. А волосы на затылке ощутимо зашевелились.
В глазах ректора вспыхнул странный огонь.
Подозреваю, он тоже что-то почувствовал. Но ему хватило силы воли удержать хладнокровное выражение на лице.
Долю секунды мы смотрели друг другу в глаза, затем Драмиэль отпустил мою руку и как ни в чем не бывало откинулся на спинку кресла.
– Да, потенциал у вас есть, – сообщил деловым тоном. – Будет жаль, если вы его не раскроете. Нашей стране нужны сильные маги. Но я готов вам в этом помочь. В обмен вы сделаете для меня кое-что.
Я потрясенно уставилась на него.
В крови еще вспыхивали отголоски того, что я испытала, пока он держал меня за руку. А в голове всплыли слова Айзена, что ректор помог Эльсаниру решить почти такую же проблему, как у меня. Значит, и мне может помочь. Только… что он потребует сделать взамен? Или это в ходу у драконов – оказывать помощь не безвозмездно, а за разного рода “услуги”?
– И что я должна буду сделать? – произнесла севшим голосом.
– Ничего противозаконного. Так вы согласны?
– Не знаю… Вы уверены, что у вас получится?
– Я – дракон, – он снисходительно улыбнулся. – А драконы – самые сильные существа как в физическом, так и в магическом плане. Поэтому мы правим миром. И да, уверен, у меня все получится.
Самоуверенности ему явно не занимать.
Мой медальон кричал об опасности, обдавая меня то жаром, то холодом. Но я только мысленно шикнула на него.
Мне нужна моя магия. Что я буду делать, если меня отчислят? Куда пойду, где буду жить, чем заниматься? Я никого здесь не знаю. Что может быть хуже, чем оказаться одной в чужом мире без привычных вещей, где всем правит магия?
За время учебы я хорошо уяснила: обычные люди в Ленорманне никто. Ценятся только маги. Чем больше у тебя магии, чем сильнее потенциал, тем больше шансов на комфортную жизнь.
Что касается загадочной общины, к которой меня все приписывали, то ее я даже в расчет не брала. Присоединяться к фанатикам – последнее, что стоит делать.
Драмиэль не торопил. Снисходительно ждал ответа. Будто заранее знал, что я соглашусь.
У меня голова шла кругом.
Я понимала, что выбора нет. Нужно сделать все, чтобы остаться в Академии, получить допуск к практике и перейти на второй курс.
И если для этого ректор прикажет кого-то убить…
– Нет, убивать никого не придется.
Я изумленно глянула на него.
Он усмехнулся:
– У вас на лице все написано. Не переживайте, я же сказал, что не потребую от вас ничего противозаконного.
– А что же тогда? – я облизнула пересохшие губы.
Драмиэль открыл ящик стола и положил передо мной небольшой предмет. Это оказался серебряный витой браслет с большим красным камнем. Камень был гладким, без признаков огранки.
– Наденьте эту вещь.
– Но… в Академии запрещены украшения.
– Правильно, но это не украшение. Эту вещь никто не заметит.
– А что тогда?
Недоверие прошлось по мне холодком.
– Защита.
– А мне нужна защита? – сглотнула я.
– Это мое условие. Иначе не возьмусь вам помогать. Решайте, Синичкина.
Ректор проигнорировал мой вопрос. Но в тот миг я не придала этому значения, потому что гипнотизировала взглядом браслет.
Все было странно. И это внезапное приглашение в кабинет, и расспросы про общину, и предложение помощи. Но не страннее, чем мое появление в этом мире.
– Я могу отказаться? – выдохнула, борясь с противоречиями внутри.
– Конечно. Но тогда мне придется подписать приказ о вашем отчислении, и уже завтра вы окажетесь за стенами Академии.
Он загнал меня в угол.
Я понимала, что ректор Саррах ничего не делает просто так. Что, возможно, сейчас я подписываю свой приговор.
Я сомневалась, что не пожалею об этом поступке. Но все же протянула руку и взяла браслет. Он был цельным, без застежки, и довольно широким. Под пристальным взглядом Драмиэля надела его.
Серебро тут же сжалось, плотно обхватывая запястье, и испарилось у меня на глазах.
Не успела я изумленно вскрикнуть, как красный камень растворился в коже, словно подтаявший лед в горячей воде. Украшение исчезло.
Я ощупала запястье. Ни следов, ни ощущений. Будто никакого браслета и не было.
– Что ж, – прозвучал надо мной удовлетворенный и даже предвкушающий голос ректора, – давайте начнем.
Я подняла взгляд на ректора, не веря своим ушам.
– Прямо сейчас?
– Не вижу смысла откладывать.
Мне не понравился его внимательный взгляд.
– Когда я взял вас за руку, – сказал он, вставая из-за стола, – то почувствовал скрытый потенциал. А еще почувствовал блок. Очень сильный.
Неслышной походкой ректор обогнул стол и оказался у меня за спиной. Я сжала кулаки, борясь с потребностью обернуться и видеть его. А по спине забегали перепуганные мурашки.
– Да, мне уже говорили про блок, – через силу кивнула. – В общине поставили…
– Сомневаюсь. Понимаете, Синичкина, колдовство у разных рас отличается. Насколько мне известно, Аливетская община состоит из людей, а блок на вас – сделан не человеческим магом.
