Константин двинулся к ней, она сделала шаг назад. Невольно взглянула за спину — туда, где начиналась лестница вверх, на железный помост. Умом она понимала, что не сможет добраться первой, но теперь из башни попросту не было других выходов.
Высоко под потолком лязгнул металл. Задрав головы, они увидели, как последний слуга, новый убийца, резавший вместо Николая горла жертвенным девушкам, опускает крышку люка и запирает её с той стороны. Константин пришёл в полный восторг и хохотал, пока не кончился воздух в лёгких.
— Ну что, ваше сиятельство, вот мы и одни? — спросил он под эхо протопавших над головами сапог.
Её глаза были круглыми от ужаса. Теперь осознание скорой смерти окончательно пришло к этому грязному чудовищу, к этому личу костяному в непотребном образе ведьмы, прятавшейся в ночь мясоеда в выгребной яме скотобойни. Константин шагнул к ней, и снова она качнулась назад.
— Осторожнее, колодец открыт! — предупредил он с язвительной ухмылкой, а как только она оглянулась проверить — прыгнул.
Они катались по залитому кровью полу на самом краю сливной ямы, вырывая друг другу волосы и выцарапывая глаза. Сил у поганой ведьмы оказалось всё-таки достаточно, чтобы даже теперь сопротивляться, не позволяя себя задушить.
— Я прикончу тебя! Всё равно прикончу тебя, тварь! — шипел Константин. — Ты не имеешь права жить на этой земле. Трона тебе захотелось? Всю землю в крови решила утопить? Я, я утоплю тебя в крови!
Он вдавил её лицо в густую лужу уже свернувшейся крови. Графиня кашляла, умоляла, что-то кричала. Через багровый туман в глазах Константин уже ничего не видел и не соображал, он был почти безумен, но всё же последние слова женщины достигли его помутившегося разума.
— Ребенок? Какой ребенок?
— Твой! Твой ребенок, тупица! Ты что, не понял до сих пор, почему я стала такой?
— Врёшь! Ты бесплодна! — прорычал он, но уже поверил и ослабил хватку.
— Сила твоя! Проклятая твоя сила! Она в самом деле могла снимать проклятья. Не знаю, как, но ты снял не то проклятье, а из-за ритуала всё пошло кувырком. Я родила всего через месяц и теперь не могу больше стать прежней. Вся моя сила перешла к ней.
— Ты произвела на свет новую тварь? И сохранила ей жизнь?
— Что ты говоришь?
— Где он? — взревел константин, словно у него в последний момент отобрали мечту всей жизни. — Говори! С этим нужно покончить раз и навсегда!
— Нет! Это же ребенок! Наш с тобой ребенок!
— Говори!!!
— Ни за что!!! — взвизгнула старуха в отчаяньи и изо всех сил ударила своими мощными ногами-тумбами.
Заскользив по крови к колодцу, Константин пальцами, ногтями уцепился за неровности каменного пола. На самом краю он остановился и с утробным рокотом принялся подниматься на ноги. Графиня нащупала под рукой конец цепи, при помощи которой снизу вытягивали труп Николая. Понимая, что остался в жизни последний шанс, она подхватила тяжёлую сталь и хлестнула безумного студента, вложив в замах всю силу, на какую была способна.
Рухнув всем весом на кривые пластины, Константин пробил запорный механизм и провалился в чёрную жижу, копившуюся здесь десятилетиями. Он завыл от ярости и обиды, попытался забраться обратно. Сразу сорвался со скользкой стены и провалился ещё глубже.
Вверху знакомо застучало и заскрипело — старая ведьма поворачивала рычаги. Он понял, что происходит, заметался, ища спасения, но сверху уже лилось неудержимым потоком всё содержимое башенных баков. Смывая кровь, сдирая скальп, срезая лоскуты кожи о грубые стены, поток закружил Константина, втянул в водоворот и утащил в чёрную бездну сливных труб.
