Какая-то старая травма, связанная с её прошлым? Помнится, она говорила, что её родной мир был довольно захудалым местечком, по крайней мере, пока их не колонизировали, но и сейчас — вырваться с планеты было очень мало шансов, только через кабальные контракты на обучение техническим профессиям, как всегда нужным на развитых планетах. А что такое процесс колонизации — я уже понял. Как правило — кровь и смерть всех несогласных
— Идём к тюрьме. Поищем ответы там.
Без защиты нам бы пришлось несладко, потому что мы шли по щиколотку в слое пепла. Чёрная взвесь висела в воздухе плотной завесой, застилая взгляд. Оптические сенсоры лихорадочно перебирали режимы видимости — инфракрасный показывал лишь равномерное тепло пепелища, до сих пор не остывшее до конца. Ультрафиолетовый выхватывал лишь причудливые узоры химических осадков, а стандартный оптический постоянно замыливался. В один момент мне это надоело. Я махнул рукой, и вокруг нас возник водяной шлейф. Мелкие частички пепла прилипали к каплям, слипались в комочки грязи и оттягивались в сторону, расчищая перед нами узкий, но относительно чистый коридор в этом сером аду.
Дошли от отметки в навигаторе. Тюрьма… Ну, вернее то, что от неё осталось.
Знакомые очертания главного здания едва угадывались под грудой камней. Вместо камер и коридоров — огромная воронка, уходящая вглубь. Как будто гигантский кулак ударил сверху, или наоборот огромный корень вырвался из-под земли.
И возле неё, мы наконец заметили местных.
На относительно чистом от крупных обломков пятачке, расчищенном от вездесущего пепла — горели факелы и двигались фигуры в чёрных робах, расшитых золотыми символами.
Я бегло пересчитал их. Ровно десять. Они ходили по сложной траектории, рисуя на земле какие-то знаки, просыпая белый порошок, распевая при этом монотонные, полные скорби гимны.
Ритуал очищения?
Мы подошли достаточно близко, прежде чем нас заметили. Помнится, местные что-то там кричали про демона из бездны, когда видели меня в прошлый раз. Как бы нас не приняли за посланников преисподней. Хотя… Даже если и примут — это будут сугубо их проблемы.
С губ одной из фигур, при ближнем рассмотрении оказавшейся довольно молодым парнем, сорвался самый настоящий вопль. Он, указывая на нас дрожащей рукой, пятился назад, ногой стирая фигуру, которую до этого рисовали.
— Демоны! — Его голос сорвался на визг. — Они вернулись! Вернулись за нашими душами!
Как я и думал, мирного диалога не вышло. Страх, замешанный на фанатизме и отчаянии, оказался сильнее разума. Остальные девять фигур, прервав ритуал, с диким, животным ревом, своими четырехпалыми руками схватились за оружие: дубинки, зазубренные ножи, короткие мечи, висевшие на поясах.
Я тяжело вздохнул. Как бы не убить кого — ненароком, не рассчитав сил. После этого наладить коммуникацию будет сложнее. Уже готовился достать из инвентаря светошумовую гранату, планируя припугнуть не готовых к такому эффекту местных, но не успел.
Они все разом, как по команде, зависли в воздухе. Замерли в прыжке, в броске, с искаженными яростью лицами, и воспарили в воздух, зависнув в двух метрах над землей. Воинственный рев оборвался, сменившись хриплым, перепуганным визгом. Дубинки, ножи и мечи вырвало из их пальцев, они слиплись в нелепый металлический ком, который швырнуло куда-то в сторону, за груду развалин. А сами они остались висеть, беспомощно дрыгая ногами, словно попавшие в невидимую паутину мухи.
Рийса, стоя рядом со мной, сосредоточенно смотрела на них, контролируя своим телекинезом. Я как-то не думал, что она уже прокачала его до такого уровня, что способна справиться сразу с десятком врагов.
— Убьём их, или попробуем поговорить? — Задала она вопрос таким холодным тоном, как будто она спрашивала, не выбросить ли мусор.
Церковники в невидимых путах забились сильнее. Страх в их глазах, сменился животным, всепоглощающим ужасом. Для них черная фигура Рийсы, так явно и могущественно продемонстрировавшая паранормальную силу, была живым воплощением демоницы из их кошмаров.
— Успеем ещё их убить. — Сказал я, подходя к висящей группе.
Шлем брони пополз вниз, открывая моё человеческое лицо, так похожее на их, и в нос сразу ударил запах гари. Как они вообще тут находились? Это же верная смерть. Пару дней подышать такой атмосферой и лёгким придёт конец.
Хотя, глядя на их лица, и скажённые ужасом, понял — мое человеческое лицо, пусть и похожее на их, ничего не изменило. Для них я был все тем же дьяволом, просто надевшим человеческую маску.
— Слушайте сюда! — Рявкнул я, перекрикивая их ор, вопли и громкие молитвы. — Никакие мы не демоны. И ваши души мне не нужны. Я ищу эльфийку, которая раньше сидела здесь в тюрьме. Такая тощая, с длинными ушами.
После моих слов повисла тишина. Раздавалось только прерывистое дыхание пленников и треск факелов. Потом один из них, похоже, старший по чину, седой мужчина с лицом, изборождённым шрамами, заговорил. Голос хриплый, полный ненависти и безысходности.
