— Мама подсела на интернет-магазины, рассылающие каталоги по почтовым ящикам. На пенсионеров же и рассчитано. Они падки на все эти блестящие предметы, продаваемые якобы с большими скидками. Мама всю пенсию там оставляла и деньги, что я давал. Все спускала, а потом сидела на одном хлебе. Я не сразу спохватился. Деньги давать перестал, продукты привожу, лекарства сам покупаю. Ну не пенсию же у нее отбирать. Мы уж с ней разговаривали-разговаривали, все без толку. — Он горестно махнул рукой. — Так-то ладно, чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не плакало.
— А скажите-ка, Артем, а когда вы с Татой собираетесь во всем признаться родне? — спросил Чарушин.
Артем вздрогнул всем своим крупным телом, Тата ойкнула и залилась краской, а Рафик Аббасов чуть заметно усмехнулся.
— В чем признаться? — спросила Надежда Георгиевна. — Тёмочка, сыночек, он о чем?
— Да о том, что ваш сын и ваша племянница любят друг друга, — пояснил Чарушин. — Артем, вы ведь давно хотели все рассказать, а Тата волновалась, что родня негативно воспримет эту историю. Кровосмешение, все дела… Чтобы ее успокоить, вы при каждом удобном случае консультировались у Нины по поводу юридических аспектов родственных браков. И именно поэтому Тата так явно обрадовалась, узнав, что она не родная, а приемная дочь Александра Липатова. Теперь, когда всем понятно, что вы не кровные родственники, вы почему молчите?
— Тата, — воскликнула Ольга Павловна, — это правда?
— Да, правда, — с вызовом сказала Тата. — И что?
Артем подошел к ней и обнял за плечи, призывая ее не волноваться.
— Действительно, тетя Оля. Мы с Таткой любим друг друга и теперь обязательно поженимся, — спокойно сказал он. — Юридически мы, конечно, по-прежнему кузен и кузина, но это ничему не мешает. И за здоровье будущих детей теперь можно не волноваться, так что все отлично сложилось. Я так рад, что в нашей жизни были эти десять дней, которые расставили все по местам. Бог знает, сколько бы мы еще мучились и скрывались по темным углам.
— Да уж, скрываться вы мастаки, — улыбнулся Никита. — Я всю голову сломал, чьему любовному свиданию в бане стал невольным свидетелем. Никак не мог понять, кто именно уединился там. Люба, Валентина, Марина, Нина? А это были вы с Татой, ничего угрожающего. Простите меня, Тата, но я предупреждал вас, что могу нарыть что-то из того, что вы предпочли оставить бы в тайне. Так и вышло. В ходе моего расследования обнаружилась не только ваша связь с Артемом, но и тот малоприятный для вас факт, что ваш брат — убийца деда.
— Ничего. Я же шла на это с открытыми глазами, — сказала Тата. — Я пообещала принять любой результат расследования, и я сдержу свое обещание. Дед не заслуживал такой смерти, и Гоша должен за нее ответить. — Она мельком посмотрела на младшего брата, который неприятно осклабился. — Я люблю его и буду горевать о том, что с ним будет дальше, но факта необходимости справедливого возмездия это не отменяет. А что касается Артема, то я вам даже благодарна. Не знаю, когда бы я осмелилась сказать про это вслух. А теперь тайны больше нет. И я счастлива, правда.
— В доме горе, а она счастлива, — фыркнула Вера Георгиевна. — Распутница. Вся в мать.
— Мама, прекрати. — В голосе Николая послышалась сталь. — Хватит уже говорить гадости. Надоело. А за вас, ребята, я рад. Правда.
Во входную дверь позвонили, Люба пошла открывать и вернулась в кабинет вместе с коллегами Чарушина. Он коротко кивнул вошедшим.
— Мы уже почти закончили, — сказал он. — Можете забирать. — Он кивнул в сторону сникшего на своем стуле Гоши. — Как там все прошло?
— Нормально, — ответил один из полицейских. — В рамках запланированного. — Он кивнул, и двое его коллег подошли к парню, подняли его под руки и повели к дверям, а двое других остались, встав за спиной у Чарушина.
— Подождите, — язвительный тон Веры Липатовой вдруг сменился на умоляющий, чуть ли не заискивающий, — а как же Витя, Витенька, мой мальчик? Молодой человек, вы же еще не рассказали, как и за что Георгий убил его.
— А Георгий его не убивал. — Чарушин пожал плечами. — На совести Гоши Липатова лишь жизнь его деда, покушение на Валентину и удерживание взаперти Нины. К смерти Виктора он никакого отношения не имеет.
— Как это? — спросила Вера. — А кто же его тогда убил?
— Вы хотите сказать, что это все-таки был несчастный случай? — вступила в разговор Марина. — Слава богу, что все выяснилось. Я же с самого начала так думала.
— Нет, это не был несчастный случай, — ровно сообщил Никита. — Хотя понятно, почему вы так на это надеетесь. Ведь это вы его и убили, Марина Евгеньевна.
— Что? — ошарашенно спросил Николай. — Что вы сказали?
— Я сказал, что это Марина Липатова убила своего мужа. Растворила в его бокале с коньяком лекарство, приводящее к остановке дыхания. Ваш сообщник, тот самый, снявший комнату в соседней деревне, уже признался в том, что это именно он помог вам достать нужный препарат. Еще бы, у него же медицинское образование, пусть даже сейчас он и работает фитнес-тренером.
