«Молодцы», — довольно кивнул сам себе Христ и продолжил зачищать фланги бросками гиганта. При столкновении двух стальных птиц высекался целый сноп искр, который освещал предрассветную темноту.
Стихийники тоже поднажали и добивали всех, кого повалили паладины: сжигали их, душили дымом, натравливали огненных элементалей, которые умудрялись пролезать в незащищённые места.
Посреди общего грохота и криков с левого фланга по самому краю прорывалась группа Барятинского. Небо в том месте разверзлось метеоритным дождём, размноженным стихией тени. Постепенно смертоносное облако разрасталось и застилало всё большую и большую площадь, даже не думая заканчиваться. Из-за этого прогалина с трупами росла быстрее, чем на других участках Бреши.
— Господин Бенкендорф… — обеспокоенно проговорил помощник.
— Вижу, — истекая потом, ответил ему Христ и развернулся в центр, чтобы помочь и остальным войскам.
Голем протянул ладонь и схватился за левое предплечье. Без каких-либо усилий он отсоединил конечность по локоть и теперь присел в замахе. С покалеченной руки сыпалась пыль. Гигант выпрямился, а каменная глыба взмыла в воздух, перелетела через головы паладинов и упала в центр столпившихся бронептиц.
Тех, кто стоял на месте падения, впечатало в землю, других раскидало в стороны, но одно можно сказать точно — этот бросок убил порядка пятнадцати созданий за раз, и ещё десять покалечил. При этом рука распалась на части, достигнув края смолянистого портала, и исчезла за пологом смерти, пропав из нашего мира навсегда.
Убийственная атака вологодского шефа охранки позволила церковникам догнать Барятинского, и теперь линия фронта выровнялась.
«Ты, конечно, хорош и, без сомнения, превзойдёшь меня, Артём, но это будет потом», — удовлетворённо кивнул он сам себе.
— Что они делают⁈ — закричал помощник, и Христ невольно отвлёкся от своих мыслей, чтобы снова взглянуть на левый фланг.
Там, оседлав двух мёртвых массивных бронептиц, мчались сычовцы, разбрасываясь заклинаниями и топча врага. Группа снова вырвалась вперёд, жаждая добраться до Бреши первыми. Они были подобны богам войны, ну или идиотам.
Артём смог овладеть искусством некроморфизма, да ещё и на такой большой объект.
Бенкендорф с умом подбирал состав магов к этой операции, ядро составляли огневики, некроманты тоже были — четверо, но больше в качестве целителей. И то их вызвали сюда хитростью и с другого региона. Они, наверное, сейчас проклинали всё и вся, за то, что их затащили в такую заварушку.
«Наверное, опять использовал эту свою кровяную технику», — подумал Христ и заставил голема присесть на колено, чтобы коснуться здоровой рукой земли. Та впитывала в себя почву, перекачивая её по дуге через плечи к локтю повреждённой конечности. Новая «плоть» наращивалась, и вскоре гигант полностью вылечился. Однако в месте касания образовался кратер — такова цена восстановления.
«Странно», — отметил про себя Бенкендорф, анализируя происходящее даже под колоссальной магической нагрузкой. — «Почему их группа всегда держится особняком?»
Барятинский с момента прибытия вместе со своими подчинёнными встал на край левого фланга и прорывался не в общем строю. Далее уже обогнал всех и продолжал этим заниматься.
«Мальчишеская удаль?» — предположил Христ и приказал голему топать к ребятам — фланги были зачищены, остался последний рывок. — «Нет, Артём никогда не отличался безрассудством».
Всё, что барон до этого делал, прямо говорило: если он чем-то рискует, то не просто так.
«Почему же ты не хочешь стыковаться с остальными?» — гадал земляной маг, а его чудище неотвратимо шло навстречу вылезшему из Бреши Вожаку.
Стальной гриф с длинной пластинчатой шеей показал из смолянистого полога сначала свою голову и, чуть ли не проползая под низким для него проходом, вылез в мир людей. Ростом он был в пять метров, а с шеей — все восемь.
Тридцатиметровые Бреши не все такие вредные, большая их часть закрывалась без присутствия магов экстра-класса. Как правило, основная проблема в них — это большие размеры, и тут нужно было много клириков и пророщенных священных камней. Но вот конкретно эта Брешь существовала дольше остальных благодаря своим специфическим созданиям — те действовали как стая и нападали на агрессоров сообща, стоило обидеть хотя бы одного члена их пернатого братства.
Из-за этого долго не получалось перебить их поодиночке, а специфическая защита в виде стального оперения не давала нормально атаковать их другими стихиями кроме как огнём. Бронептицы неудобный враг, и если в группе нет грамотного клирика с паладином, то ликвидаторы не выдерживали напора.
Исполинский грифон издал клич, по которому остатки воинства стремглав помчались к нему, как цыплята к наседке. Он прикрыл их крыльями, как бы показывая, что защищает, и в следующее мгновение полуметровые перья встали дыбом.
— Командуй защиту! — едва не выматерившись прокричал Христ.
— ЗАЩИТА! ВНИМАНИЕ! ЗАЩИТ… — помощника разрезало пополам случайным листом стали, долетевшим до самого тыла.
