Я спрятался под навесом избы от кровавого града из ошмётков плоти. Они барабанили по крыше и сползали на снег. Всё вокруг окрасилось в алые цвета, а запах стоял такой, что неподготовленный человек свалился бы в рвотном позыве. От суровых гигантов остались только ноги и они попадали вниз, разрушив десятки изб, а от взрывов проломилась крепостная стена.
Безопасности ради я ещё держал на себе святой щит. Когда всё стихло, забрался в потустороннее и на теневом скольжении поехал по улице. Там местами были стычки между бывшими союзниками. Мортиканты подняли бунт, но их было меньше и силой они не отличались, поэтому очаг сопротивления жестоко подавили.
Заклинания от моего воинства продолжали сыпаться, но следом полетели ответки. Скоро на стены выйдут уцелевшие некроманты и моим гаврикам не поздоровиться. Я-то рассчитывал, что гиганты всё тут разнесут и собирался отдать команду на штурм, когда численность врага сократится минимум на две трети.
«Что-то тут не так», — интуиция кричала мне об опасности, а я был склонен ей доверять.
Найдя безопасное место под навесом с дровами, я применил одно из своих эффективных массовых заклинаний. Фиолетовый туман заструился из рук и пополз искать жертв. Я не заботился ни о форме, ни о том, чтобы его локализовать. Задача была проста: уничтожить всё живое в деревне. Зараза поползла по улицам и даже успела накрыть шестерых отступников.
Те не ожидали на повороте напороться на двухметровое облако и глубоко его вдохнули. Лёгкие мгновенно сожрала болезнь и маги попадали на колени, отхаркивая кровь. Для того, чтобы накрыть всё поселение, мне нужно минут десять. Однако вскоре я заметил, как туман редеет и опускается всё ниже и ниже, будто с земли его что-то засасывало.
Кто-то смог обезвредить моё заклинание.
— Он здесь! — раздался вскрик подоспевшего отступника.
Скрываться больше не было причин, потому я подал сигнал сычам и мортикантам прорываться внутрь. В небо взмыл теневой змей, а потом грохнулся о землю и исчез. В меня со всех сторон полетели заклинания. От них я увернулся в тени, тем самым посеяв панику.
Каждое моё появление в реальном мире сопровождалось чьей-то смертью и зачастую не одной. Пламя иногда накрывало тела сразу трёх или четырёх магов. Их не спасала низкокачественная огнеупорная броня — несчастные только больше мучились.
Впрочем, я их тут же брал под контроль как зомби и натравливал на бывших сородичей. Также я впервые в реальном бою применил свору умертвий из глиняных фигурок.
Особо не мелочась, я разбросал сразу тридцать штук и те, ополоумев, бросались на всех, в том числе и на меня, но моё тело большую часть времени находилось в потустороннем мире, так что отступникам досталось больше. Когда псы умирали, их тела взрывались как бочка с порохом и хоронили своих убийц.
Попутно ползала и моя теневая помощница, но вскоре я почувствовал, как связывавшая нас ниточка маны оборвалась. Всë произошло в пылу битвы и я не придал этому большого значения, списав на недостаток контроля. Ведь я разом пытался управлять множеством объектов, а это вносило элемент случайности.
Находясь в пузыре, сычи в щепки снесли ворота и принялись уничтожать всë, что видят. Джон раздал группе барьеры, а Пётр ещё загодя вживил в нас пепельных симбионтов. Поэтому каждый боец передвигался как заправский паук и с лёгкостью уклонялся от магических атак. Пепельные ножки помогали взбираться на крыши, хватать некромантов и высоко прыгать через препятствия.
Это дало мобильность тому же Маэстро, который всё время играл у нас роль эдакой груши для битья, но на сей раз он взял с собой двуручный топор и носился с ним как маньяк на детском утреннике.
Завидев окровавленного воина, противники забывали как дышать. Скорость вкупе с силой, с которой он разрубал тела, внушала ужас. Это тебе не увалень-гигант от которого можно успеть уклониться. Но вишенкой на торте был его святой барьер.
Илья врезался в нестройные ряды, сметая всё на своём пути, а недобитков закалывал уже Бес. Бухарец был похож на осу, жужжащую подле медведя.
Аничков с Кишкой тоже создавали противнику проблемы перезахватом умертвий и зомби. Их владение некромантией было выше, чем у большей части атакующих, так что помимо кислотных выстрелов, они подавляли врага ещё и на уровне контроля существ.
А вот оба лучника заняли позицию на крепостной стене. Соловей как всегда следил за каждым членом команды, стараясь помогать в критические моменты. Захар же вместе с телами отступников прошививал и дома. Усиленные гравитацией металлические стрелы разносили всё в щепки.
Джон старался держаться посередине группы, чтобы не терять контроль над щитами. По сути он бежал хвостиком за Бесом.
После сычовцев в пролом ринулись мортиканты. Среди них я заметил и нашего химеролога Виктора, его рыбоголовые твари рыскали в поисках добычи. За неимением акул, он где-то откапал монстров с рыбьими головами во время одного из рейдов и прикарманил их «запчасти» себе. Что поделать: страсть у него к хладнокровным.
«Всё складывается слишком хорошо», — снова укол от интуиции, но её заглушило прибытие Легионера.
