Я появился возле Легионера и тут же получил шквал серьёзных заклинаний. Все они пытались пробить барьер, но безуспешно. Где-то сбоку уже замахивался поднятым копьём Артист, поэтому для принятия решения у меня были считанные секунды и я рискнул.
Магией света я пробил круг смерти и взял нас обоих в массивную теневую сферу. Кокон поднялся в воздух.
— Что ты творишь? — заорал высокоранговый отступник и тут же схватил меня за глотку.
Я еле успел прижать подбородок к груди, чтобы его лапища не поломала мне трахею. Теперь я был полностью в его власти, но и он не мог никуда выйти из импровизированной тюрьмы.
— Какой же ты тупица! — прокричал противник и боковым ударом крепко вмазал мне по лицу.
Я хотел, чтобы он потерял бдительность, ведь технику похищения в тень мог отбить даже некромант третьего шага при должной сноровке и осведомлённости.
Мой противник явно знал, как противостоять инквизиторам. Второй удар зазвенел в ухе. Помимо физической расправы маг пытался вмешаться в мои внутренние биологические процессы. Приходилось защищать магистральные сосуды, которые он жаждал порвать, вызвав внутреннее кровотечение.
«Давай уже быстрей!» — подумал я про себя и почувствовал последний толчок в тени — это Ша’Руг, наконец, вылез на свет.
Третий удар я бы не выдержал. Легионер отличался чудовищными физическими данными. Что-что, а обмениваться оплеухами не моя стезя. Я любил уничтожать врага издали, либо хитростью. Как сейчас.
Наша сфера свалилась как раз на голову Великому Червю и в последний момент я растворился на тысячи частиц, тогда как мускулистое тело Легионера столкнулось с полубожественным созданием.
Я отлетел в сторону, наблюдая как иссушается его тело. Он беззвучно раззявить рот, а Ша’Руг даже сам отполз подальше, но было уже поздно. В организме Легионера осталось процентов десять жизни. Благодаря высокому рангу некромантии он мог выкарабкаться и исцелиться в будущем, но я этого не допустил. Атлант мигом отрезал ему голову.
Пришлось пойти на поддавки, чтобы расставить ловушку и добыть драгоценное время для спасения друзей. Битва с семёркой могла затянуться, поэтому я обменял свои магические ресурсы на решение этой проблемы.
Вытряхнув голову Легионера из шлема я обернулся на порождение Обскуриана. Червь явно потерял в реакции. Его тело вяло шевелилось и таяло на глазах. Без сомнений оно потом восстановится, когда уползёт на девятый слой. Ша’Руг залижет раны.
При слове «раны» я вдруг сместил взгляд на ладонь, сжимавшую атлант, а потом снова посмотрел на монстра.
«У тебя нет на это времени!»
«Надо выбираться».
«Ты слишком слаб».
Один за другим мои клоны отговаривали меня от авантюрной затеи, но когда это останавливало любознательность Аластора? Только сумасшедший в создавшейся обстановке будет проводить эксперимент, но мы не выбираем время для открытий, они находят нас сами.
На теневом скольжении я с лёгкостью увернулся от огненного языка червя и обогнул массивную голову с фланга. Мой удар атлантом угодил в открытый участок тела. Туда, где серые космы не могли меня случайно коснуться. В прошлый раз попытка навредить Ша’Ругу не увенчалась успехом, артефакт развалился в ржавую пыль, но сейчас…
Погружённый до основания атлант резал тело полубога как брикет масла! А одна маленькая ранка заставила Червя так встрепенуться, что я вынужден был выпрыгивать в реальность. Откуда только у него силы взялись? Снаружи я почувствовал, как существо ускользнуло в глубины тюрьмы Клирикроса.
«Теперь на первый этаж не попасть».
От нахлынувших теневых существ там стало не протолкнуться. Пока проём не затянется они так и будут ломиться, наплевав на инстинкт самосохранения. Рука всё ещё сжимала заветный центурионский шлем. Собственно из-за него я и рискнул своей жизнью. Мне нужны были силы воинства, что контролировал Легионер, и я их получил, как только надел артефакт. Битва с мортикантами Кудяблика тут же прекратилась и всю уцелевшую армию я натравил на Артиста.
«Умерла», — раздался сигнал в мозгу.
Змея проиграла гомункулу.
«Умница. Задержала ублюдка».
Драться на равных с протеже бога смерти не каждому по силам. Бессмертный элементаль который раз доказывал свою полезность и мощь. Сычи, подопечные Кудяблика и перешедшая под мой контроль орава легионеров напали скопом на Артиста.
Если быть точным: 213 здоровых единиц, 103 покалеченных, 76 рассеянных по полю в виде обрубков и 109 полностью недееспособных и развеянных в прах — я видел состояние каждого! Артефакт действовал на странных законах магической логики — с меня не требовалась мана.
Попавшего впросак семёрку терзали со всех сторон, а я ринулся бросился к теневой сущности. Теперь мы с ним один на один.
— Опять двадцать пять, да сколько можно⁈ Так нечестно! Барятинский, у-у-у-у! — заорал на всю округу Артист, напоминая про обстоятельства нашей первой встречи, когда его же мортиканты напали на хозяина, история повторялась.
