Отряд регулярно менял маршрут и огибал разные ловушки, из-за чего Митяй натыкался на впередиидущего и, соответственно, получал дулом автомата по спине.
К счастью, злосчастная шахта оказалась совсем рядом. Это было что-то вроде входа в пещеру, только рядом устроилась ржавая вагонетка. Квадратная арка из прогнившего дерева напоминала вход в преисподнюю, и тому была весомая причина – рядом в землю были воткнуты стальные штыри, на которых красовались чьи-то черепа. Митяй поежился от такой картины.
Фонарные лучи осветили на арку.
– Рассыпались по одному! – скомандовал Данила голосом, сильно искаженным из-за маски.
Митяй засел за толстым деревом и снял оружие с предохранителя.
Проход в свое время укрепляли разным хламом из того, что было проще достать. Стащили разный мусор от стальных листов до арматуры и превратили в подобие баррикады.
На первый взгляд обороняться здесь было удобно, но все преимущества сводились на нет самой природой Зоны.
Причиной был злосчастный туман.
Приборов ночного видения ни у кого не было, а фонари не пробивали больше, чем на десять метров. И одному дьяволу известно, чего можно ждать с той стороны тумана.
Долгое время ничего не происходило, и вскоре сталкеры заскучали. Чувство тревоги сменилось усталостью, а холод сковал мышцы.
– Паразиты, бандиты, теперь еще и эта гадость завелась, – пожаловался Пьеро, сидящий правее Митяя. – Свихнуться можно.
– Чует мое сердце, это еще не все, – проговорил Керосин, поправляя автомат. – Будут нам еще сюрпризы из этого тумана.
– Слушай, Митяй, а может, где-то здесь Сокольниково, а? – с надеждой спросил Газон. – Ну, лагерь же тайный, не всякий дорогу найдет. Типа средство защиты такое.
– А что это? – спросил Пьеро.
– Сокольниково? – Газон оживился. – Ты что, не слышал такую легенду? Это ж золотая жила, брат! Говорят, есть такое место, где торгуют самыми крутыми артефактами.
– Сказки это все, – пробубнил Керосин, поежившись от холода.
– Что, самые разные? – Пьеро повернулся к Газону. – Слушай, а «музыкальный штурвал» там есть?
Газон задумался и с умным видом произнес:
– Должен быть, конечно. А что?
Пьеро стушевался и буркнул:
– Нужен он мне. Я сюда, можно сказать, из-за него и пришел.
По левую руку рассмеялся Вишня:
– Ну все, запел свою сопливую песню. Давай, заной сейчас опять о своих бабостраданиях.
– Пошел ты! – огрызнулся Пьеро и отвернулся.
– О чем вы? – с интересом поинтересовался Газон.
Вишня устало махнул рукой и устало поделился:
– Да за Периметром его баба бросила, свалила к другому, а этот убиваться по ней начал как тряпка. Выслушал у кого-то баек, что «музыкальный штурвал» может… приворожить или типа того, и сунулся в Зону. Дурак.
– Дурак, – высказался Митяй. – Баб нормальных еще полно на земле. А ты из-за одной в Зону на верную смерть пошел?
– Ага, и даже здесь изнылся уже весь, – продолжал дразнить Вишня. – Ой, Настенька моя, ой люблю, не могу…
– Заткнись ты! – выругался обидчивый сталкер.
– Ну, короче мы его Пьеро и назвали. Как в сказке про Буратино, там такой же нюня, – заключил Вишня.
Митяй отложил автомат и размял затекшие руки.
– А ведь по виду и не скажешь, что бабострадалец, – вставил свои пять копеек Керосин.
Митяй прислонился к дереву и протер линзы.
– Мужики, а вы сами-то в Зону как попали?
– Да как-как, – отмахнулся Вишня. – Тоже бараны. Наслушались сказок про легкие деньги. А на деле хрен моржовый.
– Ну, ты, может, из-за денег, а я вот за конкретным человеком сюда пришел, – отрезал Керосин. – Сестренка у меня дура. Экстрима ей захотелось. Найду – мозги на место поставлю.
Вишня расцвел и довольно заговорил:
– А что, я смотрел фотки. Нормальная телка. Я бы ее…
– Я тебе башку оторву, если еще раз при мне такое ляпнешь, – грубо бросил Керосин. – Ты совсем охренел уже.
– Да все, все, – стушевался Вишня.
– Что все? Твои приколы и гнилой базар уже всерьез напрягать начинают.
– Че завелся-то? Я ж шучу.
– Хреновые шутки, тебе уже не раз говорили! Я тебе точно когда-нибудь…
Его слова прервал прозвучавший на всю округу выстрел.
Земля рядом с Керосином вздыбилась, а совсем близко просвистела пуля.
Из тусклого тумана показались зловещие фигуры. Заговорившиеся сталкеры проворонили момент и упустили появление противников.
Мертвяки медленно волочили ноги и держали оружие на уровне пояса. Внешне они выглядели как обычные люди, если только не считать отвисших челюстей. Они шли цепью друг за другом, что-то бормоча.
По левую руку завопил Данила, который занял позицию сбоку:
– Какого черта вы спите, олени?! Стреляйте!
Сталкеры почти одновременно открыли огонь. Сразу стало понятно, что зомбированные, несмотря на все мифы, в бою вовсе не такие медлительные и немощные. Если первых двух мертвяков залп из всех стволов свалил наземь, то другие неожиданно рассыпались в тумане и открыли ответный огонь. Стреляли они на удивление метко и словно видели врагов через туман.
Митяй припал на одно колено и, вскинув «гадюку», сделал несколько выстрелов по мелькающим силуэтам. Оружие и правда оказалось поломанным, и через раз механизм заедало.
– Возьми пока мой АКСУ, – предложил Газон.
– А ты?
