Девушка ничего не ответила, продолжая стоять с задранной головой и смотреть. Он уперся ногами в ствол, вытянулся и запустил руку в черное нутро ствола. Макс вытащил на свет небольшой тканевый мешочек.
Его кольнуло нехорошее предчувствие. Неужели снова кристаллы? На ощупь содержимое мешочка было несколько мельче и сыпучее.
Парень спрыгнул, они с Лисой одновременно повернули головы направо. Там, на границе чувствительности, появился сгусток энергии. Призрак обозначил свое присутствие, но пока предпочитал держаться от псиоников подальше.
Значимый предмет – это не то же самое, что захоронение или узилище. Символическую для умершего вещь можно сравнить с «незаконченным делом». Что-то было спрятано и не найдено: клад, тайник, новогодний подарок, спрятанный от прожорливых родственников. Что-то было начато и не завершено: книга, картина, бухгалтерский отчет. От прикосновения к такой вещи живого призрак не сойдет с ума, пусть и будет держаться поблизости.
Заскорузлые тесемки развязались не с первого раза, на ладонь высыпались и заискрились желтоватым светом песчаные крупинки.
– Золото? – Настя подняла брови. – Так просто? Они нашли золото, и кто-то из рабочих спрятал его, но забрать не успел.
– А ты чего хотела? Имперского заговора или Вселенского зла? Это скорее по твоей части. – Он ссыпал крупинки обратно в мешочек и убрал в карман.
– Обираешь мертвых, – фыркнула девушка, обида уступила месту обычной, чуть снисходительной улыбке.
– Почему нет. – Он отвернулся. – Я никогда не старался казаться лучше, чем есть на самом деле.
Подходя к дому, Грош увидел выходящего из бани Игрока. Тот улыбался, наверное, впервые за прошедшие сутки.
– Где Калес? – нахмурилась Лиса.
– Там. – Он мотнул головой. – Расследует, – и снова улыбнулся.
Настя пошла к постройке сначала неторопливо, потом с каждым шагом все быстрее и быстрее, пока не побежала, а толстая дверь не захлопнулась за ее спиной.
– Ну и где он? – спросил Макс.
– В бане.
– Жив?
– Да, – с сожалением ответил Леха, – и даже цел. Почти. Чему их там учат в гвардии? Красиво маршировать перед дворцом? Или это нам такой нерадивый попался? Ничего не стоит без палки или этого. – Он достал из-за пояса оружие Калеса и протянул Грошу: – Возьми от греха подальше. Я пока ему рыло чистил, так и представлял, как приставлю к башке и закончу все это.
– У них есть еще один, не забыл?
– Что, не прощупал девчонку? – Парень вздохнул. – Именно поэтому я не стал ставить чертова гвардейца перед сестренкой и требовать освобождения, пристрелит еще обоих с перепугу.
Макс взял оружие. Единственное, о чем он нашел в себе силы пожалеть в этот момент, что его не было рядом с Лехой в бане и не его кулаки прошлись по физиономии Лисицына.
Казалось, с тех пор, как он вышел с парнями из лагеря, прошла целая вечность. События слились в одну монотонную ленту, в вечность, которая все никак не хочет заканчиваться. Грошу хотелось, чтобы металлическая тяжесть исчезла из его руки, хотел закрыть глаза, а открыть уже в спальне Академии. Сила собственного желания поразила Макса, если учесть, как он всегда относился к учебе.
– Смотри, – привлек его внимание Игрок, указывая на одну из пристроек.
Грошев не сразу понял, на что именно надо смотреть. На обычной двускатной крыше с рваным рубероидом был установлен тонкий железный штырь, чуть покачивающийся на ветру.
– Антенна, – проговорил Макс. – Рация! Но вышки в Некропольском больше нет, связи с равниной тоже.
– А нам и не надо с равниной, надо с лагерем. – Леха бросился к пристройке.
Дверь открылась за секунду до того, как он схватился за ручку.
– Уже все? – Маст посмотрел на парня.
– Почти, – не стал вдаваться в подробности сокурсник. – Можете связаться с ЛП-7?
– Наверное. – Мужчина отступил внутрь. – Зачем?
– Затем. – Игрок зашел следом.
Внутри пристройка больше походила на склад старых, новых, сломанных и целых вещей. Коробки, железные трубки, зеленые ящики, похожие на гробы, с большой цифрой «1» на боковине, ворох старых спецовок. Посередине комнаты, на исцарапанной поверхности стола, стояла новая и странно чистая для такого места рация. Стояла и шуршала помехами.
– Свяжитесь. – Леха схватил со стола огрызок карандаша, тетрадный лист в клеточку, с одного конца заляпанный жирными пятнами, и стал торопливо записывать. – Группу псиоников с семнадцатого маршрута завалило в пещере в квадрате 46-ВА на два градуса к востоку от центра, под торфяной линзой, они не могут выбраться.
– Почему сразу не сказали, идиоты? – Маст схватился за микрофон, и рация взвизгнула. – Мне придется переключиться на их частоту, а военные этого не любят. – Он стал щелкать рычагом. – От кого сообщение?
– От Грошева и Игрокова, – ответил вместо замолчавшего Лехи Макс.
– ЛП-7, ответьте Масту, прием.
Рация щелкнула раз, второй, зашуршала помехами, подчиняясь неизвестному ритму.
– Сообщение для ЛП-7: группа студентов… – начал зачитывать с листка седовласый.
Стоя на крыльце, Макс обернулся. Дверь бани открылась, из нее вывалился Калес. Он отмахнулся от пытавшейся его поддержать Лисы, ладони парня были перемазаны в капающей из носа крови.
