На балконе кто-то громко расхохотался. Неровно, немелодично и совершенно не к месту, однако Джезаль — когда выкрикнули его имя и палец Байяза указал на него — едва не рассмеялся сам. Потом, правда, его чуть не вырвало, а в результате он просто некрасиво закашлялся. Видя обращенные на него бледные лица, ощущая противное жжение в горле, Джезаль смущенно улыбнулся и побелел как полотно.
— Я… — неожиданно для себя самого каркнул он и не нашел, что бы еще добавить. Что прикажете говорить в такую минуту? Оставалось потеть и дрожать, слушать, что несет дальше Байяз, стараясь перекричать смех с балкона.
— У меня с собой письмо от приемного отца Джезаля дан Луфара, подтверждающее мои слова. Однако и оно ни к чему — всякому, кто не слеп. Правда видна невооруженным глазом! — Байяз снова указал на Джезаля. — Он при всех выиграл турнир и сопровождал меня в экспедиции, ни разу не пожаловавшись на тяготы пути! Он взял мост Дармиума, не заботясь о сохранности собственной жизни! Не пролив ни капли крови, спас Адую от крестьянского мятежа! Его бесстрашие, навыки, мудрость и самоотверженность известны всем! Какие могут быть еще сомнения, что в его жилах течет королевская кровь?
Джезаль недоуменно моргнул. На поверхности памяти вяло всплыли обрывки из детства и юности: отец всегда обращался с ним иначе, не как с братьями, на которых, кстати, Джезаль не слишком-то походил; за ним всегда приглядывали лучше, уделяли ему все внимание. Челюсть у Джезаля так и отвисла. Когда его отец увидел на турнире Байяза, то побледнел как молоко. Он будто узнал первого из магов…
А ведь и правда, узнал. Да и не был он Джезалю отцом.
Награждая Джезаля за победу в турнире, король ошибочно принял его за родного сына… впрочем, не больно-то старый дурень ошибся. Ошибались другие. Внезапно все встало на свои места.
Джезаль — ублюдок. В прямом смысле.
Родной сын короля.
И что гораздо важнее, он начал с нарастающим ужасом понимать, что его всерьез рассматривают как замену почившему батюшке.
— Милорды, — провозгласил Байяз, стараясь перекричать нарастающий ропот неверящей толпы. — Вам в это трудно поверить, вы поражены! И я вас отлично понимаю, трудно мыслить здраво в такой духоте! — Он дал знак стражникам в обоих концах зала. — Откройте двери, пожалуйста, впустите воздух!
Двери отворились, и в Круг лордов влетел нежный ветерок, освежающий бриз — и с ним еще что-то. Неразличимый поначалу, звук напоминал голос толпы, что спокойно и монотонно, вселяя легкий ужас, скандирует на турнире имя чемпиона.
— Луфар! Луфар! Луфар!
Свое имя в ритмичных выкриках множества глоток за стенами Агрионта нельзя было не узнать.
Байяз широко улыбнулся.
— Похоже, горожане выбрали своего кандидата.
— Выбор не за ними! — взревел Брок, к которому вернулось самообладание. — И не за тобой!
— Вряд ли стоит игнорировать выбор толпы. От поддержки простого люда так просто не отмахиваются, особенно в наше неспокойное время. Если горожан — в их нынешнем настроении — разочаровать, кто знает, чем это для нас обернется. Бунтом или еще чем похуже? Мы ведь ничего подобного не желаем, правда, лорд Брок?
Кое-кто в зале нервно поерзал на скамье; лорды переглядывались и шептались, посматривая в сторону открытых дверей. И если прежние вести смутили их, то последние — просто ошеломили. Впрочем, удивление открытого совета не шло ни в какое сравнение с удивлением самого Джезаля.
«Занятная история, но если он решил, будто самые жадные люди Союза примут ее на веру и так легко отдадут корону, он прискорбно ошибся. Пусть даже чернь ссытся от восторга при упоминании имени Луфара».
Первый раз за время собрания поднялся лорд Ишер, статный и величественный; украшенная каменьями родовая цепь поблескивала у него на шее.
«Да начнутся яростные прения, да потребуют вельможи кары!»
— Я безоговорочно верю, — звенящим голосом провозгласил Ишер, — что человек, известный как полковник Джезаль дан Луфар, это прямой потомок почившего короля Гуслава Пятого! — Глокта вытаращился на Ишера, как и все остальные в зале. — И что он достоин продолжать правящую династию в силу своих достоинств и выдающихся достижений, как в пределах Союза, так и за ними! — С балкона раздался еще один взрыв хохота, на который Ишер внимания не обратил. — Я и мои сторонники отдаем все до единого голоса за Луфара!
Глаза юного полковника грозили вывалиться из орбит.
«Бедный мальчик».
Тем временем со своего места поднялся делегат из Вестпорта.
— Старейшины Вестпорта единодушно голосуют за Луфара! — произнес он напевно, со стирийским акцентом. — Родного сына и наследника короля Гуслава Пятого!
Через несколько рядов на ноги вскочил еще один лорд. Он быстро и беспокойно глянул на Глокту. Лорд Ингелстад.
«Что он задумал, лживый кусок дерьма?»
— Я за Луфара! — взвизгнул он.
— И я за Луфара! — В прикрытых глазах Веттерланта эмоций читалось не больше, чем когда он кормил уточек.
«Что, господа, Байяз перебил мою ставку? Или застращал похуже, чем я?»
