— Что ж, думаю, радоваться тут нечему, если ты меня спросишь. Много дельных людей вернулись в грязь. Твои друзья, мои друзья. Если мы с тобой бьемся, хорошего исхода ждать не приходится. Нам плохо дружить, но враждовать еще хуже. С чем пожаловал, Девятипалый?
Логен помолчал, вспоминая все разы, когда он делал то, что придется сделать сейчас. Вызовы на поединки и то, чем это заканчивалось. Счастливых воспоминаний было немного. Хочешь сказать про Логена Девятипалого — скажи, что он вынужден так поступать. Но другого пути не было.
— Я бросаю тебе вызов! — прокричал Логен. Эхо его голоса отразилось от влажных темных стен и умерло в тягучем тумане.
Бетод расхохотался, запрокинув голову. Впрочем, не было в его смехе веселья.
— Клянусь мертвыми, Девятипалый, ты не меняешься. Ты словно старый пес, которого не отучишь гавкать. Вызов, значит? За что же мы будем биться?
— Если выиграю — ты откроешь врата и сдашься. Станешь моим пленником. Проиграю — войско Союза вернется за море, и ты получишь свободу.
Бетод перестал улыбаться и подозрительно сощурил глаза. Логен хорошо помнил этот взгляд: сейчас Бетод просчитывал шансы на победу, прикидывал все за и против.
— Слишком щедро с твоей стороны, если учесть мое положение. Трудно поверить. Что с этого твоим южным друзьям?
Логен фыркнул.
— Если будет надо, они повременят, но ты им не особенно нужен, Бетод. Ты для них никто, сколько ни похваляйся. Они гнали тебя пинками через весь Север и не ждут, что ты вновь станешь им досаждать. Если я тебя пленю, они получат твою голову. Если нет, пораньше вернутся домой.
— Значит, я для них никто? — грустно улыбнулся Бетод. — И ради чего я трудился, проливал пот и кровь? Ты доволен, Девятипалый? Рад видеть, как все мои труды идут прахом?
— А с чего бы мне быть недовольным. Ты один во всем виноват. Ты сам нас в это втянул. Прими мой вызов, Бетод, и, может, один из нас обретет покой!
Король Севера выпучил глаза.
— Я один виноват?! Я?! Как быстро мы все забываем! — Он потряс цепью у себя на шее. — Думаешь, мне это нужно? Думаешь, я этого просил? Я лишь хотел чуть больше земли — прокормить свой народ, отогнать прочь большие кланы. Одержать одну-две победы и оставить сыновьям доброе наследие, не то что мой отец оставил мне. — Он подался вперед. — Кто толкал меня дальше? Кто не давал остановиться? Кто стремился отведать крови, а отведав ее, сразу хмелел, сходил с ума и не мог насытиться? — Бетод ткнул пальцем вниз. — Кто как не Девять Смертей?
— Все было не так, — прорычал Логен.
Смех Бетода разнесся по ветру.
— Разве? Я хотел говорить с Шамой Бессердечным, но ты убил его! Я пробовал сговориться с Хеонаном, но ты снова вылез и свел с ними счет, открыв дюжину новых!.. Покой, говоришь? Я умолял тебя позволить заключить мир с Уфрисом, но тебе понадобилось драться с Тридуба! Я, стоя на коленях, умолял тебя, но тебе хотелось прославить свое имя на весь Север! А стоило тебе побить Тридуба, как ты нарушил слово, данное мне, и пощадил его, будто не было в мире ничего превыше твоей клятой гордости!
— Все не так, — сказал Логен.
— На Севере все знают, как было дело! Мир? Ха! Как насчет Гремучей Шеи, а? Я бы взял выкуп за его сына, и все счастливо вернулись по домам, но нет! Что ты сказал мне? Проще Белую реку обернуть вспять, чем остановить Девять Смертей! Потом тебе вздумалось прибить его голову к моему штандарту, чтобы видел весь мир, чтобы не было конца желающим отомстить! Всякий раз, как я пытался остановиться, ты тянул меня дальше, глубже, увлекал в трясину! Пока мы окончательно не перешли черту, пока возврата не стало! Пока я не был вынужден убивать или быть самому убитым! Пока мне не пришлось подчинить весь Север! Ты сделал меня королем, Девятипалый. Ты не оставил мне выбора.
— Все было не так, — прошептал Логен. Но он знал, что именно так все и было.
— Давай, тверди себе, будто я — причина всех бед! Тверди, если тебе от этого легче! Тверди, что я безжалостный душегуб, я кровожаден… но с кого я брал пример? У меня был лучший учитель! Строй из себя хорошего человека, если угодно, у которого не было выбора. Но мы ведь оба знаем, каков ты. Мир? Не видать тебе мира, Девять Смертей. Ты соткан из смерти!
Логен мог бы и дальше все отрицать, но в мире и без того было слишком много лжи. Бетод и правда знал его. Бетод и правда понимал, кто он есть. Понимал лучше, чем кто бы то ни было. Его злейший враг и все еще лучший друг.
— Что же ты не убил меня, когда был шанс?
Король Севера непонимающе нахмурился и тут же расхохотался.
— Сам-то не понял? Ты был рядом с ним и не понял? От меня ты ничему не научился, Девятипалый! Столько лет прошло, а ты все позволяешь потоку нести себя куда угодно!
— О чем ты? — проворчал Логен.
— Байяз!
— Байяз? И что с ним?
— Я готов был вырезать на тебе кровавый крест и утопить в болоте вместе с остальными твоими бестолковыми идиотами, и сделал бы это с большим удовольствием, но тут этот старый лжец прислал весть.
— И?
— Я был ему должен, а он сказал отпустить тебя. Твою никчемную шкуру спас этот старый хрен, вечно лезущий куда не просят!
