— Совсем сошел с ума наш славный вождь, — сказал Предславе Мстивой. — И как нам с таким-то командиром драться против егерей? Если бы не заложники, Охотников давно раскатал бы нас артиллерией. Только за их счет и держимся. А без них… наверное, сдались бы. Прости, Перун.
Кивнув, Предслава отошла. Теперь она знала, что надо делать.
— Вставай, красавица. И тихо.
Проснувшаяся Элис посмотрела на Предславу сонными глазами. Но быстро собралась, когда в неверном серебристом свете Верной (вновь наступила темная фаза) увидела, что древлянка протягивает ей парализатор.
— Вставай, — повторила Предслава. — Освободим твоих и уходим.
— Спасибо, — Элис встала и вооружилась. — Но почему?
— Без заложников наши сдадутся. Хоть так мы прекратим это бойню.
— Хорошо, — Элис проверила парализатор. — Сколько охраны?
О Джейн Хиггинс мисс Дрейк не спросила. И так было ясно, что ей не помочь.
— Двое рядом с заложниками. Стрелять на счет три. Левый мой, правый твой. Пошли.
Охранников рядом со связанными заложниками действительно было двое — рыжий юнец и седобородый старик. Последний даже не шелохнулся, в то время как юноша встал и весело окликнул Предславу.
— Три! — Ответила древлянка и выстрелила. Одновременно Элис свалила бородача.
Девушки быстро разбудили и развязали заложников. Пока два Петра (Пьер Руссель и Петр Власов) приводил себя в порядок, Элис и Предслава подошли к краю лагеря и тут же вернулись.
— Часовых нет, — сказал Предслава. — Сбежали, наверно. Ну, пошли.
Они ступили на тропинку, по которой прошлой ночью воины рода Волка обошли позиции имперских егерей. Успели пройти всего десяток шагов, когда за их спиной послышались крики и топот ног.
— Бегите, — шепотом крикнула Предслава. И сама побежала вслед за заложниками.
Луч фонаря сверкнул сбоку, мазнул девушку по спине. И тогда Предслава остановилась и повернулась, раскинув руки крестом.
— Стойте, — крикнула она воинам, уже поднявшим оружие. — Долго вы будете служить безумцу? Хотите убить их — стреляйте через меня!
На какое-то мгновение воцарилась тишина. Но тут в горах загремел усиленный громкоговорителем голос:
— Предслава! На землю!
Девушка мгновенно подчинилась. Белая ракета ослепительно вспыхнула над перевалом, осветив древлянских воинов, Ратибора со сразу ставшим тусклым фонарем в руках, сожженные самоходки, палатки и лежащих бордоков. Голос продолжал грохотать:
— Бунтовщики! Вы окружены! Оружие на землю или всех положим…!
— Стреляйте, — истерически выкрикнул Ратибор. — Сражайтесь же, трусы!
Никто не выстрелил. В тишине отчетливо слышался стук и лязг: древлянские воины бросали оружие.
— Все кончено, — сказал Мстивой, отшвырнув гауссовку. — Боги отвернулись от нас.
Ратибор отбросил фонарь, выхватил пороховой пистолет и выстрелил себе в сердце. Грохот ударил по ушам. Только тогда заложники встали.
Пока егеря сгоняли пленников в центр лагеря, Элис огляделась, ища свою спасительницу. Предслава неподвижно стояла у тела Ратибора. Хотя мисс Дрейк не испытывала теплых чувств к покойному, она искренне посочувствовала древлянке.
— Господа офицеры, я принял решение нанести артудар по лагерю рейнджеров Альянса.
Капитан первого ранга Пьер-Франсуа Тьерри бросил взгляд на экран в центральном посту эсминца Его Величества «Аконит». В видеосовещании участвовали командиры эсминцев «Кассард», «Флореаль» и «Лассен». Командир «Аконита» командор Винуа сидел рядом с Тьерри.
— Сейчас рейнджеры заняли оборону на покинутой научной станции в районе Белых Ручьев. Они окружены четырьмя батальонами егерей 318 бригады. Но сдаться отказываются и готовятся прорываться к космодрому Переславль.
Артудар из атмосферы, с высоты 5 километров, нанесут «Аконит» «Флореаль» и «Лассен». «Кассард» останется на орбите и будет контролировать околопланетное пространство. После нанесения удара егеря зачистят станцию. Вопросы есть?
— Господин капитан, — неожиданно для Тьерри заговорил Кедров. — Я смотрел съемку с беспилотника егерей. У рейнджеров остались одна заложница. Я предлагаю спасти ее перед артударом.
— И как вы это себе представляете? — резко спросил Тьерри. — Я не стану рисковать шаттлами, подставляя их под ракеты рейнджеров. Мне и самом не нравиться идея бомбить девчонку, но возможность спасти ее, не потеряв десятков солдат, я не вижу.
— Я предлагаю следующее… — начал Кедров.
— Как видите, рисковать будут только трое. Разумеется, вниз пойдут добровольцы. И… я прошу разрешение лично возглавить операцию.
— Хорошо, — сказал Тьерри. — Действуйте. У вас три часа. После этого, вне зависимости от результата вашей акции, я расстреляю станцию.
— Честь имею, — не вставая, Дмитрий Кедров небрежно отдал честь.
