Впрочем, габариты в драке ещё не самое главное…
– Ну, так что? – повторно осведомился я. – В чём дело то?
– Сейчас объясню! – сквозь зубы процедил мордоворот, огромные кулачищи его судорожно сжались, глаза недобро сузились, оглядывая меня с ног до головы. – Сейчас…
– Валяй, объясняй! – весело согласился я и, широко улыбнувшись ему прямо в лицо (есть такой своеобразный приём, буквально доводящий противника до белого каления), добавил: – Только побыстрее, давай, а то я тороплюсь, знаешь…
Можно было, конечно, вырубить его уже сейчас, но я, почему-то не хотел бить первым. Вообще-то, в подобных ситуациях я чувствовал себя гораздо увереннее и непринуждённее, чем в некоторых других. С участием женского пола, например…
– Ну, в чём дело? – снова повторил я, внимательно наблюдая за каждым его движением. И чуть было не прозевал.
Он врезал правой изо всех сил и от всей, как говорится, души. Впрочем, врезал – сильно сказано. Он попытался врезать, но…
Пять лет бокса в детской спортивной школе, и несколько последних лет, всецело посвящённых восточных единоборствам, кое-чего да значат. Левая моя рука автоматически ещё блокировала его яростный, но явно дилетантский удар, а правая, тоже автоматически, уже наносила резкий рубящий ответный…
А большего и не потребовалось.
Мордоворот жалкой кучей синего тряпья неподвижно возлежал у моих ног, и по всему видно было, что угомонился он на довольно-таки продолжительное время.
– Ладно! – пробормотал я и, не глядя в сторону девушки по имени Лена, быстро пошёл прочь, по направлению к машине. – Как говорится, «финита ля комедиа»! Разбирайтесь тут сами, а с меня довольно!
Но «комедиа» эта была, оказывается, ещё далеко не «ля финита».
– Подожди! – услышал я позади себя отчаянный голос Ленки. – Почему ты уходишь?!
Здрасте, пожалуйста! Ну, что она за человек такой?!
– Я ухожу, потому что меня ждут! – сказал я, стараясь не смотреть ей в глаза. – И вообще, если я не ошибаюсь, совсем недавно мне было велено убираться ко всем знакомым чертям, что я, к великому вашему удовольствию, и собираюсь осуществить! Так что, гут бай, Лена!
– Подожди!
Она снова подошла ко мне вплотную, мягко взяла за руку.
– Ты на меня обиделся? Обиделся, да?
За спиной резко и знакомо просигналила машина.
Зрители! Посмотрели бесплатный супербоевик!
– Это твои? – Ленка посмотрела в сторону машины. – Твои, да?
– Мои! – Я вздохнул. – Извини, мне пора! Торопимся…
– А куда вы едете?
Я неопределённо пожал плечами.
– Ну, если не ошибаюсь – назад к природе. До полного, так сказать, слияния и всё такое прочее. А что?
Ленка обернулась и некоторое время задумчиво наблюдала за тем, как куча синего тряпья, сопя и ворочаясь, намеревалась, кажется, вновь возвернуться к первоначальному своему состоянию.
– Возьмите меня с собой! – тихо проговорила она, и я вновь различил в голосе её те самые странные нотки, что и тогда, возле лифта. – Возьмёте?
Нет, правда, с ней не соскучишься!
Я ничем не выдал дикую радость и восторг, охватившие вдруг всё моё существо. Наоборот даже: безразлично и довольно неопределённо пожал плечами.
– Поехали. Места хватит.
Хотя места как раз таки и не хватало. Ну, ничего, втиснемся… ещё и не так ездили!
И мы пошли к машине. Вдвоём.
И даже сумели втиснуться внутрь.
И Ленка уселась мне на колени.
Витька был морально убит, уничтожен, растёрт в порошок, и, кажется, надолго выбыл из строя. Я его отлично понимал. Не ведая подробностей, со стороны всё это должно было выглядеть примерно так.
Вот я вылез из машины, вот молодцеватой походкой (это на ватных-то ногах!) направился к совершенно незнакомой мне девушке (если бы он знал предысторию!)… и что же? Через пару минут мы уже самозабвенно целовались, а ещё несколько минут спустя девушка эта послушно следует за мной к машине. И не просто девушка, а очень даже симпатичная девушка! Если не сказать большего.
А приплюсуйте-ка сюда ещё и эффектнейший рыцарский турнир (гордиться которым у меня, кстати, не было никаких оснований, я даже знал приблизительно, что скажет мне Серёга по поводу всего этого… не сейчас, позже… а, впрочем, наплевать!).
Короче, полный успех! Отбил хлеб у нашего «котика», да ещё с таким вот потрясающим эффектом.
Честное слово, мне его даже жалко стало немножечко. Наташа и та почувствовала нечто подобное на сие чувство… во всяком случае, она на время оставила Виктора Андреевича в покое.
Но этот сукин кот не из тех, кто умеет ценить чужое великодушие. И нескольких минут не прошло, как он уже оклемался настолько, что имел наглость пытаться шептать что-то Ленке на ухо.