«Заманил в смертельную ловушку, чтобы избавиться от излишне подозрительного и осторожного, а кроме того — опасного лидера. Что за тупой вопрос? Любопытно: потеря сразу двух разведчиков, помогла мне ощутить раздражение. Так… Нужно объяснить ситуацию, произошедшую в холле, пока эти горячие холодные ребята не сделали какую-нибудь глупость. Мне только партизанской войны с местными обитателями не хватает», — все эти размышления, благодаря высокоскоростным вычислениям центрального процессора, не заняли и пары секунд, за что следует поблагодарить создателей «Крестоносца».
— Сработала скрытая система безопасности, — не обращая внимания на нацеленное на робота оружие, подвожу разведчика к вскрытой панели электронного замка, после чего он подключился к свободному разъёму и повторно провёл процедуру открытия дверей. — Нужно как-то зафиксировать створки, чтобы не дать ещё раз перерубить кабель.
Правый передний манипулятор шестилапа указал на два провода, лежащие на пороге словно змеи с отрубленными головами. Гули, молча переглянувшись, всё же опустили оружие и заглянули в помещение, где продолжали лежать останки работников и посетителей министерства, но не осталось и следа от бэтпони и двух разведывательных платформ.
— Лаенхарт… того? — полицейский провёл по шее левой передней ногой, поворачивая шлем в сторону дрона, в то время как его напарники застыли, будто бы в неверии, а их метки на тактической карте из зелёных стали жёлтыми.
— Системы ведения огня не активированы, — изрекаю через динамик тоном, будто бы объясняю очевидные вещи. — С высокой долей вероятности ваш командир жив.
«Условно жив, учитывая его форму существования», — мелькнула мысль в процессоре, делиться которой с собеседниками я не стал (органики слишком чувствительны к подобным вещам… по себе помню).
— И что нам делать? — спросил гвардеец, неуверенно переступая передними ногами.
«По всей видимости, эта троица привыкла подчиняться, а не принимать решения. Что же — тем лучше для меня», — придя к таким выводам, частично меняю модель поведения.
— На время спасательной операции, командование на себя принимаю я, — робот обвёл гулей объективом башенной камеры. — Операция считается завершённой после того как капитан Лаенхарт примет командование над отрядом, либо его останки будут доставлены во дворец. Вам ясно, бойцы?
— Так точно, сэр! — рявкнули гули на три голоса.
— Тогда, слушайте первый приказ: нам нужно заблокировать дверь в открытом положении, — сделав короткую паузу, даю дрону команду указать манипулятором на техника-единорога. — Исполнять, боец.
…
— У-ффф… — разлепив глаза, ночной гвардеец попытался осмотреться, для чего нужно было приподняться с пола. — Дискордова задница. Слезь с меня, железное недоразумение!
Вокруг было темно и тихо, но встроенные в шлем приборы, да и собственные глаза гуля, позволяли ему понять, что он оказался в каком-то каменном мешке. Ситуация усложнялась ещё и тем, что сверху на нём лежали платформы Крусейдера, не подающие признаков активности, но при этом настолько «удачно» упавшие, что вывернуться из-под них не представлялось возможным… уж точно — не в броне.
«А доспехи я бросить не могу: они мне стали очень близки… Я с ними буквально сроднился», — криво усмехнувшись, бэтпони опустил голову на передние ноги, мысленно представляя то, как будет выбивать химические отходы из этого техномагического увальня, заявлявшего о безопасности операции.
Мысли вильнули на то, что Крусейдер мог его осознанно обмануть, заведя в ловушку Министерства Морали, чтобы избавиться от помехи между собой и телом принцессы Луны. И пусть Лаенхарт был уверен в бойцах, которые остались во дворце, но языкастый робот (ироничный смешок) сумел уболтать его.
«Избавился от меня — справится и с остальными. Зебриканскую ведьму ему в тёщи», — от собственной глупости хотелось выть, но бэтпони усилием воли удержал себя от погружения в столь притягательное безумие, за которым есть только пустота.
— Я здесь не сдохну, тварь металлическая, — прорычал ночной гвардеец, старательно придумывая способ скинуть с себя груды металла, ещё недавно считавшиеся союзными единицами.
Внезапно оба шестилапа вздрогнули, в их корпусах что-то зашумело, а потом прозвучал раздражающий до зубовного скрежета голос:
— Перезапуск систем произведён успешно.
— Во имя Луны, встань с меня! — ещё раз дёрнувшись, воскликнул Лаенхарт, ни на что особенно не надеясь.
К удивлению перепончатокрылого летуна, груз со спины исчез, и даже придавленные крылья оказались свободны. Не теряя времени он метнулся вперёд из положжения «лёжа на животе», затормозил об стену правым боком и, отшатнувшись от приграды, встал в защитную стойку. Его взгляду наконец-то предстало всё помещение, оказавшееся каменным кубом с металлической дверью в одной из сторон, где кроме двух неподвижных роботов, светящих перед собой красными лампочками, ничего примечательного не было.
